– Отравишься! – Дмитрий шагнул навстречу и дал ему пощечину.
– Мне не надо. Я дальше не пойду! – произнес тот, никак не отреагировав на физический контакт. Дезертир просто закрыл ящик и уселся на него сверху.
– Дурак, что ли? С ума сошел?
– Нет! Все нормально. Просто… Некуда мне идти! План, который я хотел реализовать много лет, наконец, выполнен. А здесь я никому больше не нужен. Все!
Совсем рядом раздалась серия из четырех гулких взрывов. Через пару секунд – ещё одна.
– Одеть противогазы! Живо! – крикнул я, натягивая на голову резину.
Дезертир только продолжал загадочно улыбаться.
Но то, что произошло дальше, стало полной неожиданностью для всех нас.
Нет! Неожиданностью стало вовсе не появление клубов зеленоватого едкого дыма, а мощные потоки холодной, почти ледяной воды. Самой обыкновенной воды. Огромные гермоворота, со скрипом и лязгом кое-как открылись, а затем и вовсе рухнули вниз, частично перегородив туннель. Внутрь сразу же устремилась большая масса воды. Похоже, никакого газа за гермоворотами никогда и не было. Хитро придуманный кем-то миф – не более. Туннель за ними был просто затоплен водой. Намеренно или в результате естественного скопления грунтовых вод – неизвестно. Но если Зимин отправлял туда своих людей, то он наверняка был в курсе этого факта.
– Держитесь! – промямлил Павел, через слой резины.
Кто успел, тот и удержался. Дзот мгновенно затопило, а всех нас расшвыряло по сторонам.
Глава 25. Бешеная гонка
Глава 25. Бешеная гонка
– Эй! Макс?
– Что?
– Там, за воротами большой туннель. Он открыт. Мы видели там дрезину, а может и не одну.
Дрезину, дрезину… Как меня они уже достали. Уже тошнит от них. От названия и от вида транспорта. Неужели, нельзя было придумать какой-нибудь иной транспорт?
– Хорошо, – я, почти без движения, стоял у тела распростертого бесчувственного тела захлебнувшегося дезертира. Мне было так противно на душе.
Этот человек даже не попытался бороться за свою жизнь. Просто не хотел. Тогда, после освобождения в карцере, его неожиданный порыв, желание помочь нам – все было сведено к одному – закончить когда-то начатое дело и умереть. Он решил это ещё там. Ну не представлял человек своей жизни иначе. Нигде, кроме, как только тут, в