— Очень старым, даже сказал бы древним золотом. У него особый запах. Очень навязчивый. Отделаться не так легко… а для меня он весьма привлекателен.

— Ничего страшного, — руку я все-таки убрала, еще подумала, что стоит ли её вытереть или же сочтут за оскорбление. — Кажется, понимаю, но… вам ведь не это нужно было.

— Вы можете помочь моему сыну? — заговорила женщина. Она подошла и встала рядом с мужем. Странная пара. Он высокий, худой и страшный. Она же красива именно своей гармоничностью. И даже горе не забрало этой красоты. Вон, седина и та смотрится правильно.

— Не знаю, — я теперь смотрела на нее. И от надежды, что виделась мне в её взгляде, было стыдно. Будто я пообещала что-то, чего сделать не могла. — Я ведь на самом деле не слишком разбираюсь во всем этом. И мне просто повезло. Соединить.

— Вам, — прозвучало почти обвинением. — Почему Наина не увидела этого вот?

Бальтазар указал на Марику, которая, кажется, ничего не видела, а если и видела, вряд ли осознавала происходящее.

— Столько лет впустую. Если бы раньше её нашла, шансов было бы больше. Они оба истощены до крайности…

И почти подошли к грани, из-за которой нет возврата.

За ней серая-серая земля.

И серое небо.

И пустошь… или что-то иное еще есть? Не может быть, чтобы это поле было для всех.

— Бальтазар… — с легким укором произнесла женщина.

— Не стоит, — он накрыл руку жены ладонью. — Наина мне еще тогда показалась… что-то с ней не то было. Ну да ладно. Чего ты хочешь взамен, Яна Ласточкина?

— Ничего.

— Деньги? Золото… хотя предлагать золото тому, к кому оно само в руки просилось, смешно. Но пускай. Земли? Имя?

— Хватит, — отрезала я. — Я и вправду не знаю, что могу сделать. Я… посмотрю, но… я в этом городе всего пару дней!

А кажется, будто жизнь прошла.

— И сила моя дареная…

И в книге, в которую я заглянула перед тем, как уйти, тоже пусто. Я же честно рассчитывала на подсказку.

— Поэтому… не знаю.