— Не трогай, — попросила я. — Зови его…

— Как?

— Как-нибудь. Можно, не вслух. Можно про себя, он там услышит.

— Особенно, если зеркало потрогать… там темно-темно. И страшно тоже. А она проползла и…

Сила уходила, я вот не видела ни зеркало это, ни то, что за ним, просто сила уходила словно в никуда. Но я давала, держала вот девчонку за руку и давала. Столько, сколько понадобится.

А она тоже сидела, чуть покачиваясь взад-вперед, и губы шевелились. Стало быть, разговаривает, не здесь, но…

— Зеркало! — мысль была логичной донельзя. — Зеркало нужно! И побыстрее…

— Какое?

Спорить Балтазар не стал, как и выяснять.

— Любое. Большое желательно. Свечи…

Если попробовать воссоздать тот ритуал? Правда, кладбищенских черных, на человечьем жиру у меня нет, но обойдемся без них.

— Свечи. Таз с водой. Вода любая. Еще что-нибудь острое, кровь отворить.

Все появилось, если не во мгновенье ока, то весьма быстро.

Зеркало притащили, подозреваю, чье-то. Уж больно роскошное — в полный рост да в раме тяжеленной. Свечи заговоренные из аптеки, благо, здешняя была широкого профиля.

Я расставила их.

— Он не может пройти там… — пожаловалась Марика.

— Хорошо, попробуем другой путь, — я зажигала свечи одну за другой. Людей бы… или нет, не мешают. А помочь, если вдруг что не так… не думать о том, что что-то пойдет не так.

Все будет хорошо.

Вода.

Трав нет, но есть кровь.