— Я не злюсь на Шкипа, Сталь! Я знаю, что он не поступил бы так с нами без причины! Если ему пришлось «умереть» и он не мог нас предупредить, значит так было нужно.

Сталеволосая обмякла, и «Каштанка» без особых трудов уволокла её обратно, усадив в кресло.

Шкип медленно поднялся, вытер ладонью кровь с разбитой губы, мысленно усмехнулся: сегодня Сталь действительно чуть не угробила его, приди её удар ногой чуть выше, сантиметров на десять, неизвестно, как бы отреагировала на подобное сидящая в сердце пуля.

— Да, Шкип, сразу видно- любящая у тебя семья, — иронично заметил Кирилл.

— Шкип, — поднялся с места высоких крепкий парень, — Сталь, конечно, может и перегнула палку, но вопрос, как ты понимаешь, стоит? Тебе есть, что нам сказать?

— Да, Грэй, есть. — кивнул Шкип. — немного, но есть…Все началось два года назад….

…ну, вот и все, — закончил Шкип, — больше мне добавить нечего! Да, я виноват перед вами, но мне нужна ваша помощь. Даже не Федерации, с ней-то, по большому счету, ничего не случится, ну сменится верхушка, ну придут к власти Корпоранты… Помощь нужна конкретно мне, одному мне не справиться. Скажете — нет, ну, значит пойду один…

— Нет, Шкип! — вскочила с места Лапа, — что бы не решили остальные, я с тобой! Мы вдвоем пойдем!

Всхлипывая, она подошла к Шкипу и уткнулась к нему в плечо. Шкип чуть приобнял её за плечи.

— Спасибо, Лапа! Прости меня, …

— Мне не за что тебя прощать, Шкип, — прошептала Лапа.

— Втроем! — поднялся с места Листик, — тебе по-любому понадобится медик.

— Таки, может и бедный евгей, на что сгодится?

— Ну, что Шкип, как всегда: живым бойцам — Почёт и Честь, — поднялся и подошел Грэй, — Я — с тобой!

— А мертвым — Слава Вечная, Грэй! — кивнул Шкип, обнимая и его тоже.

Так, по одному поднимался и подходил весь его взвод, образуя такую приличную кучу. И только Сталь не спешила присоединятся ко всем.

— Шкип, ты не злись на Сталь, — прошептала Лапа, — она тоже плакала, как новости те увидела…

— Она — что? — изумился Шкип, у которого плачущая Сталь относилась к таким же вещам, как добрый Корабельников-старший или Дед Мороз и Змей Горыныч, то есть — к сказочным.

— Плакала, плакала, думала, что никто не видел, а я случайно заметила, только ты меня не сдавай, ладно? — прошептала девушка.