Саймон с сожалением разводит руками.

– Не думаю, что она когда-то была настолько холодной, как ты. Однако всегда ведь существовали вампиры с особыми качествами или способностями. Не много, но они есть.

– Какие, например? – с любопытством спрашивает Азраэль.

– Когда я был маленьким, Платон привел к нам домой вампиршу, которая умела читать мысли, как боги. Мой отец предположил, что до обращения она была богиней, – сообщает парень.

– Это невозможно, – качает головой Азраэль. – Никто из богов не обратился. Только ангелы и джинны.

– Хм-м. Допустим. Говорят, что встречались вампиры, которые воздействовали на эмоции, другие обладали целительскими способностями или могли передвигать предметы силой мысли. Большинство из них давно мертвы. – Саймон снова поворачивается ко мне. – А почему ты интересуешься?

– У нас с Энолой случилось кое-что странное, – объясняю после недолгих колебаний. – Я увидела ее воспоминания. Так, словно стояла рядом с ней, хотя те события разворачивались несколько тысяч лет назад.

– Ты увидела ее воспоминания? – недоверчиво повторяет Азраэль.

Я киваю.

– Как будто все произошло прямо сейчас. Там присутствовали ее братья и отец. Это были два разных воспоминания. Первое о временах перед войной, а второе – незадолго до затопления.

– О таком даре я еще не слышал, – задумчиво тянет Саймон, но выглядит при этом далеко не таким шокированным, как Азраэль, который проводит руками по волосам, а потом шумно выдыхает. – Это случилось впервые? – задает следующий вопрос Саймон.

– Да, – киваю я. – Мы с Энолой разговаривали, и вдруг мой дух оказался у нее в голове. Не знаю, как по-другому это описать.

– Интересно. – Он склоняет голову набок. – Ты можешь заглядывать в чужие воспоминания, а еще ты неестественно холодна. Это должно что-то значить. – Он поворачивается к Азраэлю, который уже встал и направляется ко мне.

– Конечно, это не случайность. Соломон обладал провидческим даром. Я всегда считал, что такой способностью он обязан магам, но, вероятно, это не совсем так. Сет приказал кольцу тебя спасти?

– Иблис надеялся вернуться в моем теле, – подтверждаю я. Азраэль явно потрясен этим откровением. От жгучего гнева у него темнеют глаза. – А я разве об этом не упоминала?

– Ты не вдавалась в такие подробности.

Очевидно, не зря, учитывая, что в глазах ангела пылает яростное пламя.

– Он уже не может мне навредить.

– Одна мысль о том, что он к тебе притрагивался и сделал тебе больно… – Азраэль осекается. – Еще один пункт в список того, от чего я не смог тебя защитить. Начинаю понимать Гора.