С невероятно добродушным видом, словно заботливый отец разговаривает с любящей дочерью, Кремний нежно погладил Фару по голове.

– А теперь ступайте, завтра вы получите двойную порцию рациона.

В нерешительности Фара направилась к выходу. Она то и дело оглядывалась на Кремния, словно ожидала, что у того из руки выскочит лезвие и вонзится ей в спину. Однако Кремний, казалось, был слишком доволен. Он подошёл к чёрному пауку, поднял кольцо из пальцев ко лбу и воскликнул:

– Да явится твоё существование каждому!

Электролит закрыл за Фарой дверь, после чего бросился обниматься. Так же поступили Анод и Катод. Дарвин тоже подошёл сбоку и обнял Фару, он переживал за неё ничуть не меньше, чем остальные.

– Мы так за вас беспокоились, – произнёс Электролит прокуренным голосом. От него воняло так, словно минуту назад он скурил перекати-поле.

– Очень беспокоились, – подтвердил Катод. – Честное слово, если бы Кремний заставили вас проходить испытание болью, мы бы вызвались вместо вас.

– И мы тоже, – подтвердил Анод.

«А я бы точно не вызвался», – мелькнула у Дарвина шальная мысль. Ему не нравилось среди сектантов, не нравилось, что он помогал разносить наркотики, и не нравилось, что он столкнулся с «Бон Месси». Настало время покинуть это место. Дарвин решил собрать немного припасов и сменной одежды, забрать с собой тех, кто захочет уйти, и навсегда покинуть «Локо веритатис», Кремния и его чёрного паука.

Офис «Транстек». Покосившийся дом

Офис «Транстек». Покосившийся дом

Надвигалось большое сражение, и Лилия не была к нему готова. Сегодня погибнут не меньше сотни человек, а если перестрелка затянется, то вся тысяча. Она сидела в грузовике и двигалась на запад, к красному кварталу, многочисленные армии семьи Келвин по всему городу двигались в этом же направлении.

Они собирались захватить офис «Транстек», пребывавший в руках коалиции последние месяцы. Однако выглядеть всё должно было так, словно они направляются к посёлку, чтобы основная армия противника не оказалась у них на пути.

– Как думаешь, не поздновато мы решили напасть на офис? – спросила Лилия, сидя на массивном сиденье бронированного грузовика. В предвкушении надвигающейся битвы она чувствовала слабость во всём теле, словно десять минут назад сдала два литра донорской крови. Голова кружилась, странный холод пробирал до костей.

– Сейчас ты как никогда должна быть сильной, – ответила Мэри, и Михал, сидящий рядом, согласно кивнул.

Сотня человек погибнет в течение следующего часа, в основном это будут солдаты противника, но от этого Лилии было не легче. Она не желала смерти даже наёмникам коалиции, но считала, что они должны отвечать за свои действия, за выбор неправильной стороны.