Лилия хотела бы обладать таким же несгибаемым характером, как у её помощника. Михал сохранял хладнокровие в любой ситуации, а она тряслась при малейшей опасности.

– Как ты, моя крошка? – спросила Мэри, глядя на бледное лицо Лилии.

– Всё хорошо, – выдавила улыбку Лилия.

– Не волнуйтесь, нам здесь ничего не грозит. – Михал пару раз стукнул по металлическому корпусу транспортёра. – Мы будем стоять вдалеке, пока основные силы сделают всю работу.

– Я не за себя беспокоюсь, – наконец, произнесла Лилия. Она не хотела этого говорить, чтобы не показывать себя слабой. – А за тех, кто погибнет сегодня. За наших людей, за людей из армии коалиции. Они ведь не плохие парни, у многих есть семьи. Они виновны лишь в том, что им заплатила другая сторона.

– Беспокоишься о солдатах противника, это похвально. Но ты не должна думать о них. Когда сталкиваются интересы разных людей, всегда нужно выбирать себя. Наш интерес – вернуть контроль над корпорацией, начать медленный подъём вверх. Интерес простых солдат – не дать нам совершить это. Поэтому, выбирая между ними и нами, я выбираю нас.

– Я понимаю, но…

– Да и вообще, каждый человек сам выбирает свою судьбу, – произнёс Михал. – Я вот до смерти боюсь оружия, поэтому и не пошёл в военные. А они пошли, значит, должны быть готовы к драке. Лилия, ты переживаешь больше, чем сами солдаты.

– От этого не легче, – вздохнула Лилия.

– Съезжаем с основной дороги, – произнёс по рации грубый мужской голос, и Лилия почувствовала, как транспортёр наклоняется. Боковая полоса уходила вниз, к красному кварталу.

Узкая развязка растянула колонну, из-за чего передвижение замедлилось. Лилия представляла, как сейчас сорокатысячная армия коалиции, окружённая сотней тысяч дронов, пытается понять, что происходит. Почему сражение, к которому они приготовились, внезапно отменилось. Пройдёт ещё несколько минут, прежде чем они поймут, что армия семьи Келвин движется к офису «Транстека», который охраняет всего несколько сотен военных.

Пятнадцать минут они ехали по Астрит-стрит, после чего повернули на Лореаль-роуд. Поскольку их транспортёр двигался в хвосте, сражение началось гораздо раньше, чем Лилия приблизилась к зданию «Транстека». Издали она услышала тяжёлые выстрелы пулемётов, и сердце у неё подпрыгивало при каждом хлопке.

Андрес много раз говорил, что обожает оружие. Он отделял предметы от их функционального назначения: можно любоваться боевой секирой, катаной, пистолетом или гранатомётом. Гладить их, восхищаться внешней красотой, держать в руках. Лилия никогда не понимала такого взгляда. В её сознании оружие всегда ассоциировалось с его применением, а не хранением.