Отряд ушел в длительный отпуск. Капитан Бриггс улетел на Ишир разговаривать с министром военного ведомства о выплате компенсации мне и Нэссилю за участие в вопиющем эксперименте. На адмирала Кольери он подал в суд. За пособничество в похищении меня. Я была совершенно не уверена, что это сработает, ведь у старика были сумасшедшие связи на планете, но суд обещал это дело внимательно рассмотреть.

Нэй очень серьезно занялся восстановлением отца. В помещение никого не впускал и лишь иногда покидал его сам, чтобы поесть и выспаться. Сказал, что потребуется все-таки несколько недель на восстановление, но шансы на положительный исход дела увеличиваются с каждым днем.

А однажды утром нас с Нэссилем разбудил настойчивый звонок. На планшете Нэса отобразилось изображение Руэля, который выглядел необычайно встревоженным.

- Нэссиль, - проговорил он, впервые за все время назвав брата полным именем. Говорил на иширском, наверное, из-за уважения ко мне. – Пришли новости от твоих родителей: твоя мать серьезно больна и очень просит тебя вернуться.

Нэссиль побледнел.

- Как больна? – прошептал он. – Чем? А что говорят врачи?

- Болезнь неизвестна, но кажется серьезной. Боюсь, тебе нужно поспешить…

Когда Руэль отключился, Нэссиль посмотрел на меня крайне растерянно.

Мое сердце сжалось от дурного предчувствия. А может это были просто надуманные страхи. Страхи, что Нэссиль улетит и больше никогда не вернётся…

Но вслух произнесла:

- Лети, Нэс! Это ведь твоя мать! Ты нужен ей. Я подожду…

Парень кивнул и поспешил меня обнять. Мы простояли так, наверное, несколько минут, после чего Нэссиль вдруг вздрогнул, отстранился и с каким-то совершенно новым выражением на лице заглянул мне в глаза:

- Летим со мной, Юлечка! – кажется это сияла надежда. – Безумно не хочу с тобой расставаться! Сердце словно на части рвется от мысли, что мы можем быть друг от друга далеко… Я не хочу снова тебя терять…

Честно говоря, я была просто ошеломлена его предложением. Ошеломлена настолько, что… согласилась. Это уже потом я представила, что подумают его высокородные родители, когда увидят рядом со своим отпрыском ничтожную меня. Но отступать было уже поздно. Да и оставлять Нэссиля действительно не хотелось…

Так как излечение отца затягивалась, то задерживаться здесь нам не было никакого смысла, поэтому мы вылетели уже через пару часов.

Смотря на картину пролетающих за иллюминаторами звезд, я думала о том, что знакомство с миром зоннёнов должно было очень сильно повлиять на меня. Ведь, надо признать, я тоже оказалась частью этого народа. Но примут ли они меня, как свою?..