* * *

Покосившиеся двери выглядели так, словно их в спешке выбили ногами. Точно такими же — поспешно брошенными и искорёженными — выглядели вообще все постройки бывшей рабовладельческой базы, из чего мы сделали вывод, что преступники отступили и сбежали поспешно и совсем недавно.

Внутри помещений я нашел много пустых клеток, и перед глазами всплыл образ жмущегося к прутьям грязного несчастного ребенка. Мое сердце сжалось.

Что происходит? Почему рабовладельцы бежали?

Причем, они не использовали для этого воздушное пространство: их шлюпы нетронутыми стояли чуть поодаль.

Ангелика объявила, что мы пойдем по следу, и выпустила в воздух небольшой летательный аппарат, который уже через пять минут показал нам местность с высоты птичьего полета.

Никаких групп автокаров на ближайшей вокруг нас территории не было.

— Значит, есть какое-то укрытие… — заявил Рувим, и Ангелика с ним совершенно согласилась.

— Надеваем шлемы! — скомандовала она, и вся команда, в том числе и я, водрузили на головы специальные головные уборы с опускающимися прозрачными щитками, которые позволяли ярко и отчетливо видеть незаметные обычному глазу следы передвижения людей.

Отряд очень слаженно и быстро направился на восток, и я отметил про себя, что мы как раз направляемся в сторону тех самых «моих» загадочных скал.

У нас не было автокаров, поэтому к скалистой местности мы подобрались только через полтора часа по иширскому времени. Но зато тщательно изучили все следы.

Рабовладельцев было немного: они все уместились всего в три автокара. Значит, и рабов с ними тоже ограниченное количество.

Почему они сбежали и еще столь поспешно?

Я чувствовал, что от меня ускользает что-то важное.

Риан был особенно задумчив. Он то и дело озирался, пристально изучая местность.

— Странно, — в какой-то момент проговорил он. — Но у меня назойливое чувство, что я где-то видел все это…

Правда, по мере приближения к скалам зоннёнский принц все сильнее бледнел. Я обратил на это внимание уже тогда, когда к его неестественной бледности добавилась прямо-таки синева.

— Риан, — я тронул его за плечо. — Тебе плохо?

Он обернулся и посмотрел на меня помутневшими от напряжения глазами.

— Не понимаю, — пробормотал он. — Но у меня почему-то ужасно болит голова…