Тьма напоминала разросшиеся прямо в космосе облака черной паутины, которая покрывала плотным слоем сразу несколько звезд и все прилегающие к ней планетарные системы. Она не нуждалась в дыхании и не боялась низких температур. Она питалась, как предполагали, энергией тех солнц, к которым присасывалась своими щупальцами, и даже жар этих светил ничуть ее не смущал.
СЛОВНО ОНА ВООБЩЕ НЕ ПРИНАДЛЕЖАЛА ЭТОМУ МИРУ!!!
СЛОВНО ОНА ВООБЩЕ НЕ ПРИНАДЛЕЖАЛА ЭТОМУ МИРУ!!!
Что ж, возможно, так и было, но доказать этого никто не мог.
Что ж, возможно, так и было, но доказать этого никто не мог.
Тьма была жадной.
Тьма была жадной.
Она любила ПОГЛОЩАТЬ всё, что было хотя бы чуточку живым или же источало энергию…
Она любила ПОГЛОЩАТЬ всё, что было хотя бы чуточку живым или же источало энергию…
Но, наверное, самыми «вкусными» оказались гуманоиды. Она отпочковывалась от самой себя и проникала в тела и души живых существ, начиная медленно, но уверенно сливаться с ними в одно целое…
Но, наверное, самыми «вкусными» оказались гуманоиды. Она отпочковывалась от самой себя и проникала в тела и души живых существ, начиная медленно, но уверенно сливаться с ними в одно целое…
Однако был общеизвестен один факт: будучи раздробленной, тьма не могла выжить в нашем мире вне чужих тел. Именно поэтому я был так изумлен, увидев перед собой ее олицетворение без соответствующего «сосуда» …
Однако был общеизвестен один факт: будучи раздробленной, тьма не могла выжить в нашем мире вне чужих тел. Именно поэтому я был так изумлен, увидев перед собой ее олицетворение без соответствующего «сосуда» …
Мои мысли, наверное, были слишком громкими, потому что черное существо ухмыльнулось, показав ряд острых белых зубов.
— Ты боишьс-ся! — почти пропело оно, довольно урча. — Это хорош-шо!
Я замер и нахмурился.
Значит, она укрепляется моими опасениями! Она питается негативными эмоциями!!!
Точно! Я вспомнил, что чаще всего тьма внутри меня активизировалась в моменты моего гнева, отчаяния и боли…
Но в моменты счастья — никогда…
Перед глазами замелькали мгновения моего ликования и всепоглощающей радости: когда я прильнул к губам Ангелики, и она ответила на мой поцелуй, когда увидел в ее глазах жажду и влечение…