— Нэй, — шепчу я, не в силах больше ждать объяснений. — Что происходит? Где мы вообще находимся? Я вижу, что тебе все это знакомо…

Нэй смотрит на меня так печально, словно случилось самое худшее.

— Мы перенеслись… в прошлое, Ангелика, — отвечает он приглушенно. — В очень далекое прошлое, в мой прежний дом… Точнее… это дом моего отца, моей семьи — дворец… — он мнется, словно ему неловко это произносить, — императорский дворец на планете Синоар…

Прошлое? Дворец? Император?

Я, наверное, точно сплю!

— А то место… странные нити… что это было?

— Струны времени… — отвечает Нэй еще тише. — Сложнейшее творение Создателя… Я до сих пор не понимаю, как ты могла туда попасть…

— А ты? — я прерываю его. — А как ты туда попал?

Нэй смотрит на меня странно, немного затравленно, и даже в полумраке мне это отчетливо заметно.

— Я перенесся от всплеска эмоций, непроизвольно…

За всеми последними шокирующими перемещениями я даже забыла, что им предшествовало: непонятное опьянение, поцелуи с полковником, болезненный взгляд Нэя и… его подружка на его плече…

Я зажмурилась, словно пытаясь отогнать наползающее ощущение помешательства. Все это слишком для меня!

— Пойдем, Ангелика, — шепчет мальчишка, — долго здесь оставаться нельзя. Нам нужно найти… — он делает странную паузу, словно не решаясь произнести, — мою комнату! Этот проход ведет прямо к ней…

О! Комната Нэя? Я или сойду с ума, или стану морально непробиваемой на всю оставшуюся жизнь!

Мы идем медленно, осторожно, но уже минут через десять оказываемся перед дверью, похожей на ту, в которую входили.

Нэй медленно и бесшумно открывает ее, потом делает мне знак подождать, а сам исчезает в проходе.

Так как это проход чем-то перекрыт, я совершенно ничего не могу рассмотреть.

Мальчишка возвращается довольно быстро и зовет меня выйти.

Мы оказываемся в большой комнате со странным и непривычным интерьером.

Две стены полностью увиты тем самым «розовым» растением, которое попило кровушки Нэя некоторое время назад. Остальные две стены поражают своей незамутненной белизной, и на них нет ни картин, ни полок, ни украшений — ничего!