Между прочим, Желтопуз сдержал своё слово. Он прибыл точно к назначенному дню и честно отбыл на гуляниях весь день. Он был ещё совсем молод — наверное, самый молодой ярл среди всех, и оттого совсем не чужд веселья и прочих радостей жизни. Он вёл себя просто, наравне со всеми ел и пил, танцевал и приударял за молоденькими девушками. И преподнёс молодым поистине щедрый дар — четыре десятка добротных отборных брёвен из душистой ели, каждое — в обхват ребёнка. Из них можно было срубить отличный дом для новой семьи. Оставалось только лишь решить — где.

Тибьен на славу подготовился к торжеству. Не рискнув принимать такую ораву в своём доме или дворе, он с братьями построил на побережье большой навес, а под ним — длинный стол с лавками, легко вместивший бы пару сотен человек. В день свадьбы была обычная для этого времени погода — по небу носились тучи, периодически орошая навес мелким дождичком. Впрочем, никого из гостей это не волновало ни в малейшей степени. Что для них было действительно важно — так это количество мяса, хлеба, пива и браги на столах.

Надо сказать, что всего этого было в достатке. Желтопуз постарался как следует, да и Тибьен, Шервард и Тробб не сидели без дела. Вдоволь было и дичи, и свежей рыбы. Можно с уверенностью сказать, что ни один из гостей, каким бы прожорливым он ни был, не ушёл голодным. Скорее наоборот — многие выходили из-за стола со стонами, держась за раздувшиеся, словно рыбьи пузыри, животы.

Почётное место во главе стола, рядом с нарядной очаровательной невестой занимал Стокьян сын-Герида. Старик, которому в последнее время всё сильнее нездоровилось, тем не менее, сидел, блаженно улыбаясь. Он мало ел и ещё меньше пил, вместо этого то и дело утирая украдкой морщинистые глаза, увлажнявшиеся всякий раз, как он глядел на дочь.

С чем ещё на островах было скромнее, нежели на материке, так это с музыкой. Брутальные северяне из всех музыкальных инструментов предпочитали главным образом то, что может греметь, грохотать и стучать. Поэтому музыка их чаще всего представляет довольно незамысловатые ритмические рисунки, которые можно выстучать буквально подручными средствами — например, кулаками по столу. Ничего сложного быть не должно — простые удары, похожие на удары разгорячившегося сердца, чтобы задать нужный ритм, и шумовое сопровождение, желательно, не выбивающееся из этого ритма.

Кроме ударных инструментов всех мастей, келлийцы чаще всего пользовались небольшими рожками. Некоторые умельцы связывали вместе несколько рожков, и тогда получался настоящий музыкальный инструмент, на котором можно было наигрывать простые и суровые, как местный пейзаж, мелодии. Для басов же использовались большие рога, которые при должном умении могли порождать такие низкие звуки, что всё тело начинало вибрировать.