Вот так шумно и весело проходила свадьба. Келлийцы, в отличие от жителей материка, не особенно развивали обрядовую составляющую своей религии, и потому их брачный ритуал был довольно быстрым и простым. Жениха и невесту привязывали друг к другу спина к спине, а затем жрица Великой Матери под обрядовые песнопения то окуривала их дымом, то обливала солёной морской водой, то швыряла в них горсти земли (а сегодня, из-за то и дело накрапывающего дождя, скорее — грязи), а в конце даже легонько била молодых топором: невесту — обухом, а жениха — лезвием.

После этого дело считалось сделанным и вопрос с богами — улаженным. А значит, что весь остаток дня до глубокой ночи был уже в распоряжении людей. Если же жених был человеком небедным и славным (например, был дружинником, как Тибьен), то свадьбы обычно продолжались и на следующий день. Шервард слыхал, что когда ярл Вёслобородый женился, свадьба гуляла целых пять дней без перерыва. Тибьен пока что не был ярлом, и потому перещеголять Вёслобородого не мог, но все гости отлично знали, что сегодня им можно не расходиться, ибо завтра их ждёт ещё один день веселья.

Увы, некоторым было даже чересчур весело. Тробб не смог побороть искушение и напился так, как не напивался, быть может, никогда. Правда, на сей раз он пил не от чёрной горечи, а от радости, и потому, даже в таком состоянии, он не сделался агрессивным и мрачным, но от этого не перестал быть невыносимым. Он приставал к гостям, даже к тем, кого видел в первый раз в жизни, предлагая пить за здоровье его сестрёнки или за его знаменитого брата. Он распугивал девушек, раздражал женщин и заставлял мужчин хмуриться. По счастью, покуда ещё обходилось без драки, но Шервард не надеялся, что так будет и впредь.

И точно — на какое-то время потеряв непутёвого брата из виду, он вдруг увидел его, уже порядком помятого. Под носом у того запеклась кровь, рукав рубахи был разорван и также в крови. Впрочем, с Троббом, кажется, было всё в порядке, и он, как ни в чём не бывало, цеплялся к какой-то молодой женщине, которая, тревожно посмеиваясь, отталкивала его. Похоже, вскоре братцу вновь достанется, судя по тому, как стискивал зубы мужчина, сидевший рядом. Шервард не собирался вмешиваться — пусть Тробб получит сполна всё, что заслужит. Хотя, говоря откровенно, вряд ли это послужит ему добрым уроком.

Кого юноше было искренне жаль, так это Лийзу. Было видно, как она переживает, как стыдится за мужа. Похоже, она с радостью провалилась бы сейчас сквозь землю. Увы, но Генейра сейчас была слишком занята собой, чтобы подбодрить сноху.