Меня такие сведенья малость пришибли, заставив по-новому взглянуть на понятие «большая», сказанное по отношению к Славении. Она реально большая! Выставить сто восемдесят тысяч конных витязей, обученных, экипированных и готовых к бою всего в течении месяца — полутора… На что вообще этот Император надеется?

Так или иначе, а в Вытяжск мы прибыли, и с князем там пришлось расстаться, так как он тут же окунулся в круговерть своих должностных дел. Шутка ли — подготовить к выдвижению десятитысячное войско, учитывая, что десять тысяч, это только мечей, воинов, а ведь еще обоз, тыловая служба, обеспечение…

— Я впечатлен, — честно признавался я Ладоре, сидя на оструганном бревне рядом с ее шатром. — Выезжая из Сеньевки, увидеть такое… А это мы еще до места общего сбора не добрались, где всего будет еще почти в двадцать раз больше!

— А чего ожидал ты? — улыбнулась она.

— Десяток дружин по три-четыре сотни мечей каждая без какого-либо понятия о тыловом обеспечении, дисциплине и взаимодействии, — честно признал я. — Эдакая узаконенная банда…

— Хочешь, еще сильнее удивлю? — загадочно улыбнулась Ладора.

— Давай, — пожал плечами я.

— У них еще и единый Устав есть. Самый, что ни на есть четкий и печатный. И инженерные войска, как их у тебя в мире называют.

— Да ну! Да не может такого быть! — вытаращился на богиню я. Та лишь руками развела, мол не ее придумка.

— А у Империи?

— У них теперь тоже есть. Император ввел. До него не было.

— Что ж… я устал удивляться. Буду просто принимать, как есть. Без попыток осмыслить и анализировать. Принял же я существование мира с пи равным двум? Почему бы не быть Уставу у варваров? Но все равно жесть…

— Может я все же подлечу Ритку немного? — перевела тему Ладора. — Смотреть же уже больно на ее страдальческое лицо…

— Нет уж! — возмутился я. — Хотела романтики, приключений, войны и геройства, так пусть кушает полным половником! И так, благодаря тебе и твоему волшебному шатру, ей не придется теперь вкусить всей радости ночевок на голой земле, отсутствия туалетной бумаги, присутствия вшей, клещей, блох; умывания ледяной водой из ручьев, тошнотворной вони от самой себя и своей одежды, раздражений, сыпи и кожных заболеваний, купания из фляжки, пристроенной на сучке дерева, стертых и загнивших ног, простуды, цистита и геморроя…

— Какой же ты гад, Михан!! — раздался тихий, но крайне возмущенный голос обсуждаемой авантюристки из-за наших спин.

— Я гад? — ухмыльнулся я, оборачиваясь. — Может быть и гад. Но таких самоуверенных искательниц приключений только так и учат! Ты ж никому не поверишь, пока на себе трамвай не почувствуешь! Так вот оно твое приключение — наслаждайся! Не сиделось тебе в теплой избе в мирном селении…