Разрушитель его побери. Еще бы он забыл о правилах.

– Да вот, мысли всякие одолевают, – тихо ответил Уэйн. – Семью вспоминаю. Думаю, как же стыдно было бы моей Ма, если бы она узнала, что я убийца. Столько лет за это расплачиваюсь, а на душе лучше не становится. Вот и задумываюсь: может, никакого добра не хватит, чтобы уравновесить зло, которое я совершил? Может, мне всегда будет грош цена?

– Уэйн, расплатиться действительно не выйдет, – шепотом произнес Вакс. – В этом ты прав.

Уэйн открыл глаза.

– Деркель, которого ты убил, – продолжил Вакс, – не воскреснет. Тут ты ничего не изменишь. Сколько бы добрых дел ни совершил, прощения не заработаешь.

Уэйн отвернулся. Ему стало дурно – и не только от накопления здоровья.

– Вакс, я знаю, что сам попросил не утешать меня. Но слушать нотации мне тоже неохота.

– К счастью, – сказал Вакс, – тебе и не нужно прощение.

– А вот это уже чушь какая-то.

– Не чушь. – Вакс наклонился и указал на Уэйна бутылкой. – Уэйн, ты бы сделал это снова, будь у тебя такая возможность? Ограбил бы человека из-за мелочи и застрелил бы, когда дело приняло дурной оборот?

– Что? Конечно нет!

– Ну вот. – Вакс откинулся назад. – Значит, прощение тебе не нужно. Ты уже не тот, кто застрелил Деркеля. Тот человек… ну, умер. Зарыт под шестью футами глины и камня, которые заменяют землю в Дикоземье. Ты уже давно не он.

– Сомневаюсь, что это так работает, – ответил Уэйн.

– Почему нет? – Вакс сделал новый глоток. – Если люди не в состоянии меняться, то для чего мы стараемся? Уэйн, если ты неисправим, значит и мы все неисправимы. В таком случае за любой неправильный поступок нужно сразу расстреливать, потому что человек все равно не изменится. Чего с ним морочиться?

– Это несправедливо.

– Это ты несправедлив по отношению к себе. Уэйн, я наблюдал за тобой. Ты стал моим помощником не потому, что хотел отпущения грехов. Ты сражаешься со мной бок о бок не потому, что ищешь прощения. Ты делаешь это, потому что изменился. Потому что хочешь сделать мир лучше.

– А если это не так? – возразил Уэйн. – Вакс, ты же не знаешь, о чем я на самом деле думаю. Может, я насквозь гнилой и подлый? Подумай, как рьяно я всегда лезу в драку. Вдруг я такой, потому что ищу любой возможности подраться и убить кого-нибудь? Может, мне это нравится?

– Нет. – Вакс допил пиво и протянул бутылку, держа за горлышко двумя пальцами. – Уэйн, меня не проведешь. Я знаю тебя как облупленного. И уважаю тебя. Восхищаюсь тобой. Иногда я чувствую, что мне никогда не стать таким хорошим человеком, как ты.

– Постой. – Уэйн насторожился и прищурился. – Ты это серьезно?