– Мы поделились с ней секретами безвозмездно, – парировал Двоедушник. – Она отказала, но ничего у нас не украла. Господин Кельсер, утихомирьте его.

– Длавил, хватит. – Кельсер включил лампу и откинулся в кресле. – Двоедушник прав. Она не знает ничего, что нельзя узнать, самостоятельно изучив Космер. Базу придется сменить, но тут мы сами виноваты. Луносвет была уверена, что она не откажется.

Длавил смолчал. Выражение его глаз под проклятой маской было невозможно прочитать. Двоедушнику не нравилось, что он не видит эмоций Длавила, но тот, как и его неистовая сестра на Рошаре, никогда не снимал маску; она практически вросла в кожу.

– Длавил, не вздумай меня ослушаться, – сказал Кельсер. – Не смей даже пальцем тронуть ни ее, ни кого-либо в этом городе без моего разрешения. Понял?

– Да, лорд Кельсер, – ответил Длавил и вышел в заднюю дверь.

Кельсер громко вздохнул и поднялся с кресла. Они с Двоедушником подошли к окну и посмотрели на город.

– Вчера ты прекрасно справился, – сказал Кельсер. – Спасибо, старый друг. Мы едва не потеряли всё.

Двоедушник с поклоном принял благодарность. Ему было приятно.

«Ты благословлен, – услышал он в голове голос Силаджаны. – И достоин всяческих похвал».

Это было еще приятнее.

– Нельзя было до такого доводить, – сказал Кельсер. – С Сэйзедом действительно что-то не в порядке и становится все хуже.

– Что же нам делать, милорд? – спросил Двоедушник.

Кельсер прищурился.

– Боюсь, – прошептал он, – нас с «Богом» ждет сложный разговор.

Стерис

Спустя два дня после взрыва

На второй день восстановления города Стерис наконец-то позволили забрать Ваксиллиума домой из больницы. Они выбрались из машины Хойда, Вакс – на костылях, – и посмотрели на гигантский небоскреб, где располагалась их квартира. Вакс смотрел на здание с некоторой тревогой.

– Вспоминаешь «Рощу»? – тихо спросила Стерис.