Из-за отсутствия серьёзных угроз на горизонте вооружённые силы последнее время слишком часто простаивали без дела. Привлекать их к отлову беглецов и охране колонн переселенцев было нерационально. Именно их «жир» хотел растрясти правитель, отправив зачистить несколько территорий бывшего Краснодарского края, правители и вожди которых не понимали по-хорошему.

А потом предъявить имущественные претензии двум городам в Подмосковье.

Опричники тоже ходили в походы на неорганизованных соседей, поселения которых еще не объединились во что-то, напоминающее государство. Ходили в экспедиции за «мускульной силой». Но главной целью Опр. Корпуса было держать в узде разнородное и разноплеменное собственное население. Опричников было раз в пять больше, чем армейцев.

Опасных противников, способных угрожать сердцу Империи, вокруг не было. Пока. Какие-то опасные звоночки иногда раздавались. И даже ближе, чем на Урале, – на побережье моря. Поэтому нельзя было расслабляться.

«Заканчиваем играть в Фоллаут. Начинаем в Civilization», – произнёс Генерал пару лет назад на заседании правительства странную фразу, которую никто не понял.

При Большом Переселении пришлось не только оставить часть северных земель.

Было много бардака. И не только бегство. Случались мелкие восстания, которые опричники подавляли быстро и жестоко. Даже Виктору то, что они делали, пару раз показалось излишним, поэтому некоторые из служивых были слегка наказаны за превышение. Но правитель помнил, что мудрый Мустафа Ильясович, один из основателей Орды, говорил: лучше казнить одного невиновного, чем допустить гибель десятерых от выпущенного на свободу хаоса.

Обезлюдевшие в результате карательных акций хорошие земли заселяли новыми колонистами. Казнённых с виселиц и кольев не снимали, и они висели столько, сколько позволяли погода, звери и птицы. Там, где были большие реки, отправляли плоты с эшафотами. Милостью государя перед казнью всем, кроме самых отпетых, отпускали грехи. Без покаяния казнили тех, кто покусился на Бога или замышлял козни против его Представителя на земле.

Генерал обещал Виктору, что потерянные земли на севере и востоке они себе вернут. Не сразу, но когда подрастёт новое поколение, подданные, которых не страшно оставить без государева ока. Тогда можно будет вести экспансию и дальше. «Демографические ресурсы» он это называл.

«Слово-то какое красивое. Экспансия. А там и до Урала снова доберёмся, и Москву вернём. А когда-нибудь и к границам выйдем. Хотя что они теперь значат, эти границы? Миша говорил, во всех странах живут примерно так же. Только климат там лучше. Можно два-три урожая снимать. Но я ещё подумаю, нужны ли нам эти дикари, силы на них тратить…».