— Сейчас мы покажем вам короткий голографический фильм, а после его окончания ответим на все ваши вопросы. Если надо, поможем найти ваших родных и близких, восстановить информацию о последней жизни… Но после. Сначала очень просим вас не шуметь и посмотреть всё до конца.

Девушка отдала голосовую команду голопроектору и, очаровательно улыбнувшись, запустила воспроизведение.

Так и не успев прочитать, что написано на выданной ему глянцевой бумажке, Зигфрид поднял глаза на появившуюся впереди голограмму… И пропал.

То, что им сейчас показывали, слишком походило на розыгрыш. Но… Чем дальше, тем больше было веры, что так оно всё и есть.

Сначала появилась объёмная трёхмерная карта, изображающая разведанную часть вселенной. Её Зигфрид знал практически наизусть.

Под знакомый до каждой ноты марш зажглись чистым золотом системы, входящие в Империю.

Одновременно из динамиков зазвучал грустный мужской голос:

— Это человеческая Империя, величайшее государственное образование в разведанном мире. Империи больше нет.

Выждав несколько секунд и позволив всем осмыслить свои слова, голос продолжил:

— И нет Империи уже очень давно. Произошёл мятеж. О весомости вызвавших его причин судить не будем — теперь это удел историков. Главное то, что после долгой и кровопролитной гражданской войны повстанцы почти победили. Императора, вместе со всеми домочадцами, придворными, челядью, остатками верного присяге флота и гвардии настигли в системе Дельты Мясника.

Одновременно со словами менялась картинка. Зигфрид увидел знакомые силуэты кораблей. Вот императорская яхта, одна из нескольких десятков — но эта самая любимая. Вот флагман третьего флота, кажется, сильно потрёпанный. Вот флагман девятого, в его команде было несколько хороших друзей… На заднем плане — имперские дредноуты, гроза Чужих, транспорты, гражданские лайнеры, десантные корабли… И всё это в окружении крейсеров, эсминцев, фрегатов и прочей мелочёвки.

— Когда последний Император людей понял, что выхода нет, он пошёл на беспрецедентные меры. Коллективное жертвоприношение. Жертвой Богу Хаоса стали все, кто пошёл за своим Повелителем до конца. Вплоть до маленьких детей и служанок… Корабли императорского флота превратились в гигантские могильники, полностью отданные на волю Разрушителя.

На голограмме мелькала череда лиц, отлично знакомых Зигфриду.

Вот сам Император с супругой — не узнать этого человека сложно, когда он великодушно взирает на подданных с портретов в кабинете каждого уважающего себя чиновника. Вот прекрасные старшие дочери правителя. Вот их брат, наследный принц, вот их дети… Канцлер, адмирал первого флота, главнокомандующий планетарными войсками, советники, министры… Последними мелькнули портреты девушек в униформе горничных и простых служащих в рабочих комбинезонах. Видимо, их показали для контраста и понимания масштабов трагедии.