И что ты так на меня смотришь? Я кузину только обездвижила.

Все-таки за ней, получается, пришли эти боевики? Или, как минимум, и за ней в том числе. Она ведь ничем им не мешала, валялась себе тихо в сторонке.

— Не ты ее, да? — догадался Тагор.

— Не я, — коротко подтвердила я.

— Ачарья рассказал про вашу ритуальную дуэль, — пояснил имперец. — Я потому и решил, что ты победила.

— Я победила, — усмехнулась я. — Но убивать ребенка своего рода?

— Жить она не могла все равно, — пожал плечами Тагор. — Не ты, так глава твоего рода ее прикончил бы.

Я с удивлением вскинула брови. Серьезно? Да какой бы она ни была, она — несовершеннолетняя. Здесь что, в порядке вещей убивать детей своего рода?

— Дядю спросишь при случае, — отмахнулся от моего удивления Тагор.

Обязательно спрошу. Или я чего-то не понимаю, или этот мир куда более жесток, чем мой. Такие вещи нужно знать.

— А как нас вообще нашли так быстро? — спросила я.

— Любое магическое действие вне полигонов отслеживается, — хмыкнул Тагор. — На тревожный сигнал сразу же отправляется дежурный преподаватель. Или даже дежурная группа преподавателей и лекарей, если магия применяется много и долго.

Интересные подробности.

В правилах Академии прописан запрет на применение заклинаний вне полигонов, с четким перечнем допустимых исключений вроде тех же бытовых плетений. Однако я никогда не интересовалась, что будет, если его нарушить. И как-то не ожидала такой реакции.

Выходит, спасла меня моя паранойя.

Если бы я решила заняться схемами плетений для родового архива прямо в Академии, меня поймали бы за руку сразу. Это в той мешанине, что мы наворотили совместными усилиями в ангаре, ничего не разобрать, а одно-единственное плетение по свежим остаточным следам вычислить довольно легко.

Но главное даже не в самом плетении, а в том, что я не успела бы скрыть или уничтожить схемы.

Холить и лелеять надо свою паранойю. Чую, спасет она меня еще не раз.

— Все, отдыхай, — сказал Тагор. — После обеда тебя еще раз осмотрит целитель. Если осложнений не найдет, ночевать будешь уже в своей комнате.

— Благодарю, Тагор.