- Понимаю! - ворчливо отозвалась Гонисевская. - Куда уж важнее! Так ты поможешь мне с Пашей? Ты объяви как своё решение, тогда Лёшка спокойно примет всё.

- У меня нет полномочий. Нужно решение совета. А совет задумается. Ты понимаешь, что всё изменится в группе, начнутся всякие... варианты...

- Они начнутся. Рано или поздно. И что? Не жить? Разгребёшь. Ты-то как? - спросила она, увидев, что комендант тяжело опустился на пол и сел у неё в ногах. И подумала, что ещё год назад она бы ужасно смутилась, а теперь - всё равно. Они стали другими. Детские глупости и комплексы остались далеко позади. Карнадут с седым клоком волос пришёл со своей проблемой, и она должна ему помочь.

Таня произнесла задушевно:

- Алина сбежала?

Карнадут кивнул, глядя доктору в глаза. Потом медленно опустил голову, так, что голова свесилась ниже плеч, и выступили лопатки на голой спине, худощавой, но широкой.

- И ты мечешься? Собираешься рвануть за ней?

Комендант молча качнул головой и стёр пальцем что-то на полу перед собой.

- Влад, ты не обижайся, я скажу, как думаю: Алина права. Ей спасибо за смелость.

Если у неё ничего не выйдет, мы потеряем её, но останется наша группа, и мы сможем сделать следующую попытку.

Сегодня, когда мальчик родился, - Таня качнула головой в сторону, - я поняла, что мы несли полный бред, когда собирались все вместе занять хронокапсулу. Детский сад! Побег из курятника! Ну и погибли бы разом. Может, повезло бы нам. Но могли и погибнуть. А малыши при чём? Мы для этого их заводили?

Жека Бизонич пошёл за Алиной?

Влад кивнул.

- Так.

Жека...

Молчи, знаю я всё про Жеку и про тебя. Догадалась. Теперь понимаешь, почему он откручивался от должности десятника? Ему нужна была свобода, так было проще следить за Алиной.

Ревнуешь, что не ты, а он сейчас с ней? Понимаю.

Иди ко мне!

Таня опустилась на пол рядом с комендантом, приобняла:

- Пойми, Жека подался за Алиной победить или погибнуть. Всё ради нас, чтобы мы знали, что дальше делать. Какая же это измена? Если ты бросишься за ними - на кого ты нас оставишь? Новый Понятовский обмочил пелёнки, обессилел и теперь сопит в две дырки, и нескоро вырастет. Владислав Олегович, не бросай нас, прошу! Пропадёт же группа! Перевернут всё с ног на голову!