— А есть разница? — спросил бобёр.

— Только для Миралиэль.

— У Скво есть запас артефактов, так что без дома она не останется. Вопрос, что собираешься делать ты?

— А тут у нас что?

— Тут? Да ты и сам знаешь, что эпоха паруса, острого клинка и дымного пороха.

— Думаю, что это лучше, чем тотальный контроль развитых миров.

— Тогда опять нужно менять тело.

— Ты прав, мой пушистый друг. Сейчас сделаем запас эльфийской крови, сменим тело и рванём куда-нибудь на материк. Где тут живут привычного нам цвета люди?

— Не знаю. У меня нет карт этого мира. Нас сюда Скво забрасывала.

— Ладно, тогда опять немного поплаваем на батискафе, а потом уже на флаере узнаем, где что.

Сделав запас крови эльфа, Лир достал свою родную кровь, потом, подумав, добавил в неё процент эльфийской и активировал артефакт генной репликации. Через час он осматривал своё новое тело с более симпатичными чертами лица.

— Женская погибель. — прокомментировал Бродяга.

— Надо восстанавливать умение работы с клинком, а то с такой мордашкой не исключены дуэли.

— Джо всегда составит тебе компанию.

— Тогда на тебе кухня, а мы с Джо потренируемся.

******

Шторм бушевал ещё три дня. К счастью море не вынесло ни каких разбитых посуден к атоллу и Лиру ничего не мешало восстанавливать свои навыки в владении клинком, метании ножей и рукопашном бое. Да, сейчас его тело может пострадать только при условии прямого попадания ядра, но этот вариант тоже из ряда фантастики, но тем не менее он должен свои будущие победы успешно маскировать, чтоб у окружающих не возникало лишних вопросов. А ещё он создал себе артефакт глубоководного скафандра, чтоб можно было выдать себя за успешного ныряльщика. А ещё остро вставал вопрос языковой адаптации. По этому снова за работу и наложить полученный конструкт на неприметное тонкое серебренное кольцо.

******

Ближайший материк оказался в десяти днях плавания. За это время в пространственный карман были загружены четыре очень древних судна, которые Бродяга мог перезахоронить в прибрежных водах нового местообитания, а месяц спустя после очередного шторма на берег близ рыбацкой деревушки Песчаная море выбросило усталого молодого парня, привязанного одной рукой к обломку мачты. Парень был хоть и измучен борьбой за жизнь, но желающим обобрать его мальчишкам сумел намылить шеи. Впрочем, вещей у него с собой особо не было. Штаны, сшитые из парусины, кожаный ремень с медной пряжкой и отличный боевой кинжал в ножнах на ремне. Именно приведением его в порядок сразу и занялся выброшенный морем. Только после этого он подошёл к впадающему в море ручью и напился воды, спокойно взирая на собирающуюся недалеко толпу рыбаков, вооружённых дубинами, верёвками, топорами.