Кинжал оружие боевое и для хозяйственных работ подходит мало, но он же мог указать на статус человека.

Пару часов он срезал молодые деревца, выкапывал корни, срезал ветви с поваленных штормом крупных деревьев. Строительство было в разгаре, когда к его жилищу приблизилась женщина с сыном.

— Меня староста прислал, сказал, что кормить буду, а ты серебром заплатишь.

— Верно всё. Вот серебро, а у тебя что?

— Суп рыбный с овощами, лепешки из ячменя, рыба вяленная с солью.

— Неплохо. Во сколько дней рассчитываешь покрыть стоимость?

— Если дважды в день кормить, то четыре дня. Мелковата монетка.

— Ладно, четыре так четыре, а там видно будет.

— Тогда садись, поешь, да я назад пойду.

— Звать-то тебя как?

— Ора я, а это Рилл, мой сын, он и будет прибегать с едой.

— Тогда держи сразу расчёт. Не думаю, что ты беду приманить захочешь.

— Не думай дурно, с утра и ближе к закату еда будет.

— Хорошо, Ора. Я за пару дней сил наберусь и гляну, чем тут море богато, глядишь и задержусь, коль щедро оно будет.

— Было бы шибко щедро, так жили бы богаче.

— А так не слышно ль было, не топли ли тут корабли поблизости?

— Топнуть-то топли, да глубоко лежат.

— А где?

— Да где-то рядом. Бабушка моя сказывала, что сходились напротив деревни в давние времена вёсельные иразы.(Ираз — вёсельно-парусное судно. Слово произошло от команды для гребцов — и раз).

Выхлебав приготовленную еду, Лир закусил её лепёшкой и оставил вторую вместе с сушёной рыбой на поздний перекус. Солнце уже садилось за кромку леса, так что рассчитывать, что женщина сегодня ещё чего принесёт. было бы глупо. Проводив уходящую женщину с сыном, он ударными темпами достроил шалаш и, активировав внутри артефакт палатки, завалился спать.