Я глухо зарычал. Выхватил кацбальгер, одним прыжком подскочил к уроду и рубанул его по шее, вкладывая всю силу в удар. Послышался сухой треск разрезаемой кожи. Хруст разрываемой плоти. На пол посыпалась тонкая струйка серой пыли. Лезвие прошло через шейные позвонки. Голова твари завалилась назад. Тело тут же рухнуло на пол, будто кожаный мешок, набитый костями.
— Шлем, быстро! — крикнул я, поворачиваясь к девушке, — У нас есть совсем немного времени, прежде чем оно придёт в се…
Договорить я уже не успел. Снизу послышался треск ломаемых досок. Айлин бросилась обратно к столу, на котором оставила шапель. Я же повернулся к источнику звука… И охренел.
Вместе с сопротивлением твари пропала и иллюзия. Не было больше никакой залы. Вернее она была, вот только в таком виде, будто здесь сначала повандалили мародёры, а потом лет двадцать никто вообще не появлялся. Мраморный пол разбит и растащен. Из под немногочисленных уцелевших кусков выглядывает грубая каменная кладка. На полу, за исключением тех мест, где мы успели пройти, лежал слой пыли в сантиметр толщиной. Гигантские створки дверей, ведущих на улицу, лежали у входа тёмными, гнилыми остовами. Пыльным мрак повисший в комнате, больше не рассеивает разноцветный свет витража. Теперь его разгоняет лишь тусклые солнечные лучи, с трудом пробивающиеся сквозь замызганные, посеревшие от времени стёкла.
— М-м-ать… — шумно выдохнула девушка глядя на стол, на котором по прежнему стояли тарелки и блюда. Вот только теперь вместо изысканных яств на них горами лежала какая-то мерзкая голубовато-зелёная плесень, сочащаяся странной слизью из потрескавшихся боков, — Меня сейчас...
— Не время! — рявкнул я, — Надо…
Договорить я снова не успел. Треск досок перерос в грохот. Одна из дверей, ведущих в боковые помещения, рухнула на пол, подняв тучу пыли. В ней тут же промелькнул белёсый силуэт твари. Одной. Другой. Третьей.
За первой дверью рухнула вторая. Из-за неё тоже показалась белёсая морда. И не одна. Существа медленно, неуклюже выбирались наружу. Движения их были дёрганными. Ломанными. Тварь из подвала ещё не успела полностью взять их под контроль, но быстро приходила в себя.
— Дерьмо, — коротко прокомментировала ситуацию девушка, вставая рядом со мной.
С ней трудно было поспорить. Вернон ошибся, когда прикидывал сколько у этого одержимого может оставаться прислужников. Жестоко ошибся. Помимо тех, которых мы уже успели прикончить, набралась ещё целая дюжина. На двух нас. По шесть на каждого.
Видать тварь очень долгое время занималась своей чёрной работой, раз сумела склепать такую внушительную армию.