Светлый фон

Не забудем и про «живой уголок», оставшийся без всяких господ. Им поступали предложения о службе, однако сначала они их упрямо игнорировали, а после открыли что-то вроде наемничьей конторы, в которой работают сами на себя. В прежнем составе, не считая, разумеется, Стервятника.

Яков, будучи крохотным младенцем, заказы принимать смог бы вряд ли. Зато за его воспитание взялись. Никто не смог бы предположить такого исхода, но… Каменецкие. Главный охотничий род увидел в пареньке такой потенциал, что едва не оторвал носителя Гадеса с руками и ногами. Надеюсь, в этой жизни Стервятник станет достойным человеком. Может быть. Когда-нибудь.

«Ну что? Всех вспомнил⁈ Жизнь перед глазами проносится⁈ Во имя всего не святого, ты как будто на убой отправляешься, в самом деле…»

«Ну что? Всех вспомнил⁈ Жизнь перед глазами проносится⁈ Во имя всего не святого, ты как будто на убой отправляешься, в самом деле…» «Ну что? Всех вспомнил⁈ Жизнь перед глазами проносится⁈ Во имя всего не святого, ты как будто на убой отправляешься, в самом деле…»

Нет, просто подвожу итоги.

«Итоги он подводит… Смотри, не профукай станцию, малец! Нам до Александрозаводска не надо!»

«Итоги он подводит… Смотри, не профукай станцию, малец! Нам до Александрозаводска не надо!» «Итоги он подводит… Смотри, не профукай станцию, малец! Нам до Александрозаводска не надо!»

Да помню, я помню. И нечего так орать.

«Я просто предвкушаю!»

«Я просто предвкушаю!» «Я просто предвкушаю!»

Будь добр, предвкушай потише. Башка с самого утра от тебя болит…

Тем не менее, я улыбался. Долго же мы к этому шли. К информации о том, где именно находится это место. Пришлось поднять не только архивы их рода, но и моего, поскольку слишком уж тесно они были связаны. Не просто же так моя бабка получила в наследство Древнего. А до нее — ее отец. Пришлось оббегать чуть ли не всю Москву, по крупицам собирая информацию, и наконец… Да, пожалуй, сейчас я наконец-то могу выполнить свою часть договора. И это вовсе не моя душа. Повезло.

Минут за десять до объявления остановки перекинул через плечо дорожную сумку и вышел в тамбур. Помимо меня, на этой станции выходило еще несколько человек. Не так много.

Как только вышел на перрон, морозный воздух ударил в лицо наотмашь. Заколол щеки и губы маленькими иголочками. Защипало в носу.

«Давай же! Ну давай же, не стой столбом! Ты знаешь, где это!»

«Давай же! Ну давай же, не стой столбом! Ты знаешь, где это!» «Давай же! Ну давай же, не стой столбом! Ты знаешь, где это!»