— Это что за новость? — спросил удивлённо и до меня наконец дошло.

Выходит он тут не так давно прошёлся и я ему на пятки наступаю!

Решив чуток ускориться, я набедренную сумку с яблочком поправил и по асфальтовой дороге побежал. К тому же, путеводная нить аккурат по ней вела и забравшись на пригорок я готов был уже спину убегающего увидеть, но до самого посёлка всё оказалось пусто. Ни человека, ни зверя, вообще не души. Сколько свой взор не напрягал, я так никого и не увидел. И при всём при этом нить прямо на Светлозёрск указывала.

С большими сомнениями о своих заклинательных способностях дошёл я до городка порядком запыхавшись. Вот уже пруды прошёл, на водных гладях которых нет-нет, но кружочки от начинающегося дождя разбегались. Хотел бы я не промокнуть, вот только нить моя вела дальше, сквозь сад вишнёвый и прямиком к знакомому мне домику.

— Ну здрасьте вам через окно. — буркнул сухо, когда заклятие указало на дом Елизаветы.

Причём не абы куда, а сразу на чердачное окно.

Вот это я, как говориться, конечно бешеный енот, которому сто вёрст не крюк. Мог бы и раньше догадаться, тогда бы не пришлось гарантию с обувки стаптывать.

Остановившись во дворе под накрапывающим дождиком я не сразу понял, что незамеченным не остался. Дверь кухни отворилась и с накинутой на плечи тёмно-синей шалью на крыльцо вышла Елизавета и меня окликнула.

— Чего застыл, как бедный родственник? Так пить охота, что переночевать негде?

Старой шуткой одарила меня бывшая и я ей хмыкнул.

— Да ну не всё так плохо. Я чисто пробегом. — скромно улыбаясь почесал я в затылке, а дождь вокруг прям зарядил конкретно.

— Так что же, на чай заходить не будешь? — с иронией спросила Лизка, наблюдая, как одежда на мне становится всё более мокрой.

— Ох, ну если с медочком, то было бы здорово. — кивнул ей галантно и она краешком губ улыбнулась.

— Ладно, заходи уж.

— Благодарствую, миледи.

Через уже знакомую кухню провела меня Елизавета в гостиную, заставив предварительно разуться и рубаху снять. Вместо неё я получил свободную накидку из светлой ткани, которая на ощупь была предельно мягкой и текучей, словно легкий и ласковый ветер форму обретший. На тело накидка легла невесомо и мне сперва показалось, что её и вовсе нет. Пришлось пару раз по груди шлёпать и убеждаться.

— Это псевдошёлк с воздушными волокнами. Что, неужто никогда не носил такое? — с холодным намёком спросила она, предлагая в кресло присесть и пустую кружку на журнальный столик ставя.

Чайник тоже оказался под рукой и по всему выходило, что Лизка до этого и сама вовсю чаёвничала.