Ведь смерть рано или поздно непременно побеждала.

Давным-давно магия Смерти, подконтрольная Эландеру, считалась непревзойденной по сравнению с магией других средних богов. Он не подчинялся никому и ничему, за исключением трех высших божеств, создавших тот самый мир, в котором сейчас находился. При этом из всей этой троицы он отчитывался только перед одним высшим божеством – Богом Грачом. Люди звали его Анга, хотя на самом деле его настоящим именем было Малафар.

Именно Малафар призвал Эландера служить ему и снабдил магией Смерти. А затем отнял у него всю магическую силу, за исключением простейших навыков, и, судя по всему, не собирался на этом останавливаться.

Внезапно Эландер почувствовал, что это высшее божество находится где-то поблизости.

Он ощутил присутствие Малафара, когда прямо над ним раздался тяжкий вздох и повеяло таким ледяным холодом, что у него прошел мороз по коже. Типичная для людей реакция в виде мурашек… Эландер терпеть не мог, когда ему напоминали, что теперь он заперт в этом слабом теле.

Он отвел взгляд от умирающего кролика и принялся ждать, наблюдая, как Малафар двигается, словно тень, среди унылого пейзажа.

Высший бог материализовался не полностью. Он мог бы принять твердую оболочку, если бы захотел. Несмотря на то что Кетранская империя, граничащая с царством Забвения, с катастрофической скоростью избавлялась от магических сил, благодаря которым божественные сущности могли приходить в этот мир, само царство Забвения по-прежнему было наполнено магической энергией. Точнее говоря, энергией, питающейся магией Смерти, или, иными словами, магией Костей. В данном убежище Эландер был сильнее, чем где-либо еще в мире смертных. Проведя здесь несколько последних дней, он вновь почувствовал себя бессмертным.

Но лишь отчасти.

Малафар предстал в виде призрака, а большего ему и не требовалось – даже его мерцающая тень была достаточно могущественной, чтобы поднять вихрь возле Эландера и привнести еще больше тьмы и ужаса в это мрачное место. Стоило ему нависнуть над его слугой, как все, абсолютно все вокруг него погрузилось во тьму и пустоту, а в голове у Эландера возникла посланная его господином мысль:

– Почему она все еще жива?

Эландер прогнал волну ужаса, сковавшую его сердце, и постарался взять себя в руки.

– Потому что ядовитые пары Забвения, по неведомым причинам, не причинили ей никакого вреда.

– А твой меч тоже не действует на эту девушку, слуга?