На это ему нечего было ответить, но молчание грозило опасностью.

– А что, если она – недостающий ключ для того, чтобы понять, как убить ее брата. Кажется, он находится под защитой ее магии. Раз только она одна может отменить это заклинание, я решил временно пощадить ее до тех пор, пока она может быть полезна мне, то есть нам.

– Ты забыл, что было в прошлый раз, когда ты пощадил смертную?

Сказав это, Малафар сильно разозлился, и тьма вокруг них сгустилась еще больше. Воздух задрожал, наступил такой холод, который сложно было вынести даже бывшему богу. Хотя было время, когда он сам мог вызывать подобную смертельную стужу.

– Я не забыл, – ответил Эландер.

Наступило молчание.

Затем, очень медленно, тьма начала рассеиваться и холод отступил. В сумраке вновь стало возможно различить силуэты остроконечных деревьев, растрескавшейся земли и маленького кролика, чье дыхание было настолько слабым, что его ввалившиеся бока уже едва поднимались.

В следующий момент призрак Бога Грача принял человеческое обличье – только он был намного выше любого смертного, живущего в империи, а на месте глаз у него были светящиеся красным круги.

Его голос вновь прогремел в голове у Эландера:

– Когда все закончится, ты должен будешь убить ее!

Эландер хотел уже сказать, что так оно и будет, поскольку этого требовал его покровитель.

Однако…

Однако что-то помешало ему это сделать. А именно – одна мысль, не дававшая ему покоя. И он решил высказать ее вслух, как бы глупо и опасно это ни было:

– Она вовсе не такая, как ее брат. У нее есть божественная магия. В конце концов, она может стать нашим союзником, если мы…

– Она мне не союзник. А значит, и тебе тоже.

Откуда у него появилась такая уверенность?