— Какой путь? — я нахмурился.

— Путь к спасению. Её предназначение было найти решение проблемы раз и навсегда. Инал, она открыла дверь к тебе.

Я… я понимал, о чём он, но не очень хотел в это верить. Я не считал себя избранным, не считал себя особенным или кем-то, кто способен спасти мир, пусть и пытался это сделать. Герои, легенды, спасители мира — это всё совершенно другой эшелон, недосягаемые для простых смертных, как я.

— Она ключ… ко мне, другими словами…

— Именно. Ключ к тому, кто выживет ни смотря ни на что. Тот, кто лучше всех адаптируется, лучше всех убивает, лучше всех умеет выживать. К идеальному воину, который умеет не просто сражаться — умеет адаптироваться и добиваться результата любой ценой. Да, ты скажешь, что это не так, но где ты, и где пятёрка мастеров?

— Ты убил их об меня, — зловеще произнёс я.

— У каждого своя судьба и предназначение. Они хотели помочь своему миру, даже если станут к этому всего лишь ступенькой. Они ею и стали. Им не на что жаловаться, все пятеро вложили огромный вклад в победу. Как вложу его и я.

— Я пришёл лишь за Ки, — покачал я головой. — Мне плевать на ваши проблемы.

— А что дальше? Думаешь, на этом всё и остановится? — криво усмехнулся генерал, продолжая расхаживать. — Ты можешь развернуться и убежать, но тогда её дни сочтены и не только её. Все, кого ты знал, кто тебе дорог так или иначе погибнут.

— И его никак нельзя закрыть?

— Его можно закрыть лишь двумя способами — либо с той стороны, откуда пришли они, либо смертью девчонки. Но окончательно запереть его можно лишь оттуда, иначе им ничего не помешает это сделать снова и прийти сюда уже во все оружии.

— Что мешало закрыть его Янь?

— Наверное, потому что он там не выживет, — развёл он руками. — Нам не выжить, чтобы закрыть его с той стороны. Никому не выжить.

— А я выживу? — так же скептически поинтересовался я.

— Вас отличает очень большая черта. Тебя и других мастеров, которую ты не заметил, судя по всему. Тебе говорит что-нибудь имя Чи Ю?

Я не мог забыть такого кадра. Не мог забыть всего, что произошло между нами и что я сделал с тем богом в кратере вулкана. У меня немного ёкнуло сердце.

— Да… — протянул он довольно. — Этим ты и отличаешься от остальных. Способный впитывать Ци смерти, но ты ведь даже не думал, что можно ненароком впитать что-то другое, не так ли? Например, кусочек божественности? То, что сделает тебя по своему равным им. Ты спрашивал, чем ты отличаешься от мастеров? Этим самым. Когда они лишь достигли уровня Бога, ты, по сути, обрёл божественность. А ты никогда не задумывался, зачем захватчики убивали и богов тоже? Почему никого не осталось, кроме единиц, что спрятались по углам и боятся показать свой нос?