Юноша склонился ближе и произнес что-то, на что смущенный Штырь не знал что ответить, даже если бы мог. Руки оказались свободны, он начал вытягивать кляп.

Но юноша уже ушел. Позвав жестом псов, двинулся к своему лагерю, не сказав больше ничего.

Штырь медленно сел. Мысли походили на тину, головная боль одуряла. В носу стучал барабан, он опухал, отекали и глаза.

Какой-то шум заставил его поднять голову. Омс почти упал на него. Висок был залит кровью.

- Сержант! Проклятье! Ты жив! Спасибо... что, здесь Водичка? Драть меня, никогда не видел таких чистых разрезов. Штырь? Как я сюда попал? Что было? И где она?

- Сядь, - проскрипел Штырь. - Тебе нужно перевязать голову. Выглядит плохо.

- Кого я видел... кто склонялся над тобой? Думал, они что, целуются? Ну, с Водичкой? Ты разум потерял?

- Нет, ты потерял. Не Водичка. Теблор из лагеря, который мы только что покинули. Кажется, почти ребенок. У них трудно различить.

- Так он убил этих двоих и поцеловал тебя?

- Не целовал он. Только слова. Я не понял. И не понимаю. Но это были самые милые слова в моей жизни.

Омс провел рукой по виску. - Ладно. Нужно тебя упрашивать?

- Ты не меняешься, Омс. Хоть понимаешь, как я веселюсь, кормя тебя лишь крохами информации?

Омс плюхнулся в прелую кору. - Ублюдок, - пробурчал он, глядя на кровь в ладони.

- Да что там, - сказал Штырь, качая головой. - Он склонился, как ты видел, и сказал мне: "За нож".

Омс хмуро свел брови. - Сержант, это... лишено смысла.

- Как ты вырвался, Омс?

- Не знаю. Ничего не помню, чтоб меня. Пришел в себя у расчлененного тела, и кто-то сгрыз мои путы. Всего залив слюной. - Он бережно гладил висок. - Кулаком?

- Ага. - Омс медленно встал. - Кулаком внутри кольчужной рукавицы. Перевяжу тебе голову и нужно двигать.

- Мы спешим?