Нелли отворачивается и вновь принимается злобно долбить бревно.

— Нелли?

— То есть это я спровоцировала тебя на измену, ты это хочешь сказать? — Хмыкнула, размахивая кликом.

— Я не знаю.

— Ты жалок, Крис, и не умеешь отвечать за свои поступки. Я слышу отмазки щенка, — выдаёт зло. — Как я могла влюбиться в такое ничтожество?

— Ничтожество⁈ — Я даже поднимаюсь. А «кошечка» не реагирует, продолжая тренировку.

— Странно, но единственную драку, которую я знаю в твоём исполнении, это та на тренировке, где вы с Имирой лишь гладили друг друга. Как самые настоящие любовники.

— А пещера с Уцарией⁈

— Я не помню ничего. И никто не видела. Даже Синдо, который до трясучки убеждал меня в твоём героизме, только предполагал. Все фелисы видели головы в твоих руках, которые ты получил неизвестно как. Я много думала, и поняла, что чудеса вокруг тебя творятся повсеместно.

— Вот же ты… — хочется придушить. — Отец твой поверил.

Нелли останавливается. Смотрит победно. Раскосые зелёные глазища так обворожительны…

— Он верит воинам, потому что ему не осмелятся лгать, — отвечает гордо. — А вот ты осмелился ему лгать. Как и я в тот первый раз, надев красное платье. Только почему же он продолжает тебе верить? Тогда как мне второго шанса он не дал. Разве это справедливо?

— Он верит фактам, а не домыслам. Мы живы, Уцария нет. Иди, посмотри на трупы, они всё ещё там.

— Я была там, уже посмотрела.

— Вот даже как?

— Да, я должна была убедиться, что всё не сон. Только одного не пойму, как ты умудрился затмить разум воинам фелисии. Как тебе удалось так просто переманить их на свою сторону? Коварным напитком? Господскими удобствами? Какие обещания ты дал, что я уже больше не принцесса, а узница твоего дома?

— Ты хочешь убить меня, — констатирую.

— Да, я желаю твоей смерти, — отвечает «кошечка» хищно. — Ты, как коварный и хитрый змей, припёртый к стенке, ищешь любые пути, чтобы взять меня за этот рак. Потому что отец дал тебе такую возможность. А для меня это путь и ожиданье до моей свободы. Освободившись от обязательств, я больше никогда не возжелаю мужа. Теперь мечтаю стать наёмницей, отказавшись от титулов и рода. Род мне противен не меньше тебя. Через рак я перестану быть Восьмым когтем. Прославлюсь сравни с Вебисидой. Свободной и сильной, помчу на коне куда пожелаю, да хоть за Хребет. И никто меня не остановит.

Вот же сука.

— А если я трахну тебя?