Сквозь толпу богов протиснулись Джош и Леа. Увидев мое мертвое тело, Леа разрыдалась, и Джош притянул ее к своей груди. По его лицу тоже текли слезы, как и у большинства богинь. Афина, словно оцепеневшая, сидела на песке возле Кейдена.

Калхас ткнулся в меня мордой. Его тоже окружал переливающийся свет.

«Я останусь с тобой».

Он хотел спасти мне жизнь, а теперь он мертв. Я погладила его мягкий мех.

– Прости меня.

«Не извиняйся. Все равно мое время уже пришло».

– Тебе понравится у меня во дворце, – мягко произнес Аид. – Персефона прекрасная хозяйка. Тебе будет хорошо с нами. По крайней мере, я могу тебе обещать.

Не то чтобы это меня утешило. Я буду тосковать по Кейдену каждую секунду.

– Я бы предпочла остаться с ним. – Хуже видеть его страдания, чем быть мертвой.

Аид задумчиво прикусил нижнюю губу.

– Если честно, я питаю слабость к счастливым финалам.

Неужели у него в глазах заблестели слезы?

Кто бы мог подумать?

– Значит, тебе придется подождать этого счастливого финала. – Почему у меня до сих пор так болело сердце, хотя оно уже даже не билось?

– Меня все еще мучают угрызения совести из-за Ромео и Джульетты, – сказал бог. Меня немного смутила смена темы.

– Это я тогда посоветовал Джульетте заколоть себя, чтобы последовать за ним. Она была в таком отчаянии. Я не мог смотреть, как она страдает. Но одну вещь для нее и Ромео я все-таки мог сделать. Я соединил их в смерти.

Я в шоке слушала его.

– Ты посоветовал ей покончить с собой? Она отказалась от своей жизни, а ведь ей было всего пятнадцать лет.