− Мне нужны ваши «Бешеные уланы».

− Простите? − недовольно переспросила Ибана.

− Мы снабдим вас лошадьми и обмундированием, − рассеянно сказала Флинт. − Я хочу, чтобы через час вы скакали на север. В Джедваре восемьсот наших кирасиров и триста драгун. Вы примите командование над ними и приведёте их в город.

У Стайка вдруг сжало грудь.

− Почему?

− Потому что. Меня только что назначили генералом фатрастанской армии. Этот флот заставил Линдет задёргаться. Мне дали полный контроль над гарнизоном и обороной Лэндфолла.

− Назревает заваруха?

− Мы не знаем. Линдет не намерена рисковать, а я лучшее, что у них есть.

− А Джес? − спросил Стайк.

Флинт устремила на него такой решительный взгляд, что он отступил на полшага.

− Вы и черношляпники должны отбросить свои склоки, пока не минует внешняя опасность.

− Ради какой бездны нам это делать? − фыркнула Ибана.

− Ради бездны вы это сделаете, − приказала Флинт.

− Это о Джесе вам нужно беспокоиться, − хмуро упрекнула Ибана.

Стайк перевёл взгляд с одной женщины на другую, гадая, не начнётся ли драка. Он никогда не слышал, чтобы кто-то говорил с Ибаной таким тоном и выжил, чтобы рассказать об этом байку. Но Ибана по-прежнему слушала, и это хороший знак.

− Пока я командую, Джес не будет ставить мне палки в колёса, − сказала Флинт. − Или я поставлю его перед расстрельной командой прежде, чем Линдет успеет чихнуть. Вы двое либо будете следовать моим приказам, либо убирайтесь из моего кабинета. У меня дел по горло.

Стайк посмотрел на Ибану, а потом на свои руки. Вот оно − прямо на кончиках пальцев − новое задание для него и его людей, с лошадьми, обмундированием и настоящей целью. Только руку протяни. И отбрось десяток лет ненависти.

Прошло десять лет, как он сидел в седле. К исходу ночи его яйца будет ещё как болеть.

− Мы выезжаем немедленно, − сказал он.

Флинт кивнула, как будто их присоединение было предрешено.