Вместо ответа Таниэль стянул перчатку за пальцы, обнажив кожу цвета свежей крови, и слегка помахал рукой с длинными ногтями и гладкой кожей.

Мать Микеля резко втянула воздух.

− Красная Рука?

− Собственной персоной.

− Он революционер. Партизан.

− Как и ваш сын, миссис Бравис.

Микель натянуто улыбнулся матери. Она изумлённо уставилась на него, и он уловил момент, когда в её голове всё сошлось.

− Ты двойной агент.

− Да.

Она вскочила с дивана, бросилась к Микелю и обняла его прежде, чем он успел её остановить. Она прижалась к нему, уткнувшись лицом в шею, и ему показалось, что она плачет. Он обнял её и нежно похлопал по спине, виновато улыбнувшись Таниэлю.

− Всё в порядке, мама.

− Значит, ты не черношляпник. Ты добрый пало, который борется против Линдет?

− Верно.

− Почему ты мне не говорил?

− Не мог.

− Я твоя мать!

− Вот поэтому и не мог, − сказал Микель.

Стоит ли объяснять, какие бы опасности и ужасы обрушились на них, если бы она знала, кто он на самом деле, и допустила оплошность? Что их бы схватили и пытали. Но похоже, сейчас с неё и так довольно новостей.

 − Я с самого начала поднимался по служебной лестнице. Шпионил, доносил, помогал черношляпникам зачищать улицы. Пару лет назад Таниэль помог мне поймать преступника − порохового мага. За это мне дали серебряную розу, и с тех пор я нацелился на золотую.

− Прости, что перебиваю, − тихо сказал Таниэль. − Но у нас проблема.