− А на что похоже по их названию?

− Не знаю! Делать богов? Если бы я знала, то... не спрашивала бы. − Последние слова Влора произнесла шёпотом. У неё вдруг пересохло во рту. − Нет! Ты шутишь?

− А ты когда-нибудь думала, откуда взялись боги? − поинтересовался Таниэль.

− Я думала, их создал Кресимир.

− А Кресимир откуда взялся? − парировал он. − Откуда взялись гурланские боги, которых наши королевские советы перебили во время оккупации сорок лет назад? Богами не рождаются. Ими становятся. За всю историю нашего мира появились и исчезли десятки богов. Эти знания не широко известны, но королевские советы знают. Они веками искали богокамни, а их нашли Линдет и её избранные.

Влора не знала, чему верить. Это было слишком невероятно, даже при всём том, что ей довелось повидать в жизни, а ведь она беседует с двумя живыми убийцами богов, и ей не очень-то хочется им верить. Она невольно сделала шаг назад и прислонилась к пушке.

− То есть имея богокамни можно создать бога?

− Ты думаешь, Линдет доверит кому-то другому стать богом?

− Она хочет их для себя, − выдохнула Влора.

− А Ка-Седиаль хочет их вернуть.

− Для себя?

− Или для своего императора. Гражданская война в Дайнизе разразилась после убийства их последнего бога. Единственным способом остановить войну было обещание создать нового. − Таниэль подался вперёд. − Мотивация дайнизов − не алчность или амбиции. Их мотивация − отчаяние умирающей веры, а это опаснее всего на свете.

Взволнованно дыша, Влора посмотрела на волны прибоя и на мачты на горизонте.

− Во время войны я видела, на что способен бог. Я не позволю этому случиться снова.

− Согласен, − сурово сказал Таниэль.

Ка-Поэль за его спиной кивнула.

− Так вот зачем вы сюда приехали. − Влора озвучила внезапную догадку. − Не из-за пало, Линдет или Фатрасты, а из-за богокамней. Чтобы уберечь их от загребущих рук Линдет.

− Чтобы уберечь их от любых рук, − поправил Таниэль. − Не пойми неправильно. Мы сражаемся за пало, потому что их дело правое. Но богокамни гораздо важнее любых национальных или политических дрязг.

Влора не могла не согласиться. Это важнее, чем она или Линдет, или даже дайнизы. Богокамни могут изменить лик мира, и она боялась − нет, она знала, − что далеко не в лучшую сторону.

− Я не позволю им завладеть ими, − сказала она, призвав все силы, чтобы держаться прямо.