Надо же какая ирония: он отдаёт приказы отряду черношляпников, а не перемалывает их в труху. Стайк заставил себя думать о более отрадном факте, о голове Джеса в мешке, притороченном к седлу Ибаны.

− Нас к этому не готовили, − возразил черношляпник.

− Не готовили. Но вы всё равно справитесь. Ваши люди умеют стрелять на скаку?

− Большинство − да.

− Прекрасно. Разделитесь на две группы. Я не буду бросать вас в самую гущу боя − ваши люди не готовы к такой атаке, да и лошади этого не заслуживают. Обе группы должны отделиться от основного отряда и обойти врага с флангов. Будете действовать как застрельщики. Ударите их с боков со всей мощью, на какую способны. Вести самостоятельный огонь и всё такое. Поставьте по одному избранному на каждом фланге и велите им заняться прежде всего избранными врага и уж потом пехотой.

Черношляпник явно обрадовался, что им не придётся участвовать в атаке.

− Думаю, с этим мы справимся, − сказал он.

Стайк схватил черношляпника за руку, едва не выдернув его из седла, и прорычал:

− Вы уж постарайтесь, сволочи. Вы гонялись за мной две недели, так что проявите мужество и пустите кровь дайнизам. Иначе я потом сам тебя выслежу и добавлю твою голову в мешок к голове Джеса. Понял?

− Да, сэр, − выдавил черношляпник.

Стайк отпихнул его и улыбнулся, показав все зубы.

− И если вы удержите фланги подальше от моей задницы, чтобы я мог выиграть битву, то, возможно − только возможно − мы станем друзьями. А теперь ступай и позаботься о том, чтобы твои люди всё это очень чётко уяснили.

Черношляпник ускакал, и Стайк сосредоточился на подступающих дайнизах. Пехота шла ускоренным маршем, выстроившись четырьмя сплошными колоннами. По мере приближения они постепенно замедляли шаг и расходились веером. Стайк заморгал сквозь пот, заливающий глаза, и подавил уколы страха и сомнений, которые из-за усталости проникли в его мысли.

Врагов вдвое больше. Кавалерия против пехоты − пехоты, которая, похоже, не сломается перед лицом превосходящих сил противника. При таком раскладе лучше всего полностью разгромить врага, и Стайку совсем не нравились их перспективы.

− Таниэль!

Стайк развернулся в седле, ища порохового мага. Тот оказался футах в двадцати позади него. Привстав на стременах со штуцером на плече, он прицеливался, а Ибана держала поводья его лошади.

− Что он делает? − прокричал Стайк.

− Свою работу, − ответила Ибана. − У них шесть избранных и...

Штуцер Таниэля дёрнулся, от грохота Ибана слегка вздрогнула и потёрла пальцем ухо. Таниэль сосредоточенно всматривался в горизонт, по-прежнему держа штуцер наготове, и считал в уме, беззвучно шевеля губами. Чуть погодя он опустил оружие и сразу принялся перезаряжать.