Дуся

Терин встряхнул руками, с них посыпались искры, как мне потом разъяснили, это остаточная магия так осыпается. Красивенько… а руки-то у брюнета моей мечты дрожат. Эх, маг мой недолеченный, ну хоть бы подмигнул, что ли? Подал бы какой-нибудь знак, что устал, и что мне вмешаться надо. Ладно, будем считать, что дрожащие руки были условным знаком. Осталось только сосредоточиться и вспомнить, как там я своим тапулечкой Журеса уделала?

Терин, заметив мое движение, рукой небрежно на меня махнул, и я отлетела в объятия стоявшего поодаль Вальдора, едва не выронив тапок. Я так офигела от поступка брюнета моей мечты, что даже забыла выругаться. А Вальдор меня покрепче схватил и прошипел:

— Не вмешивайся, дура!

— Сам дурак, — огрызнулась я. — Отпусти, пока по морде не получил!

— В дуэли вмешиваться нельзя! Даже в магические.

— Но он же… ну и пусть сдохнет! — сдалась я, мстительно пихнула принца локтем под ребра, чтобы отпустил, и отошла в сторонку.

Я решила и вовсе не смотреть, как Терин самоубийством занимается, отвернулась и старательно изучала пейзаж окружающей местности. Если ему так хочется биться из последних сил и в итоге подохнуть, то это его личное дело. Пусть подохнет! Найду некроманта путевого, подниму этого засранца и по роже ему надаю, чтобы неповадно было так со мной поступать.

Смотрю, неподалеку Василий возник и принялся яростно землю рыть. Чего это он? Уже готовит могилку хозяину своему ненормальному? И ведь не просто копает, а еще и орет дурным голосом, будто ему на хозяйство его котовское наступили. Интересно, этот кошачий концерт Терина не отвлекает от самоубийства? Не выдержала я и посмотрела.

Оказывается, Терин тоже обратил внимание на поведение своего кота, протянул руку в его сторону… ну да, дрожащую руку… придурок, так и врезала бы! Земля вокруг Василия пришла в движение, начала бугриться маленькими холмиками, которые раскрывались, выпуская на свет… ой, мама! Кажется когда-то давно, очень давно, здесь было кладбище домашних животных. Кошек, в частности. Вон их сколько повылазило в виде скелетиков. Все гладкие, без остатков плоти, сразу видно, что давненько почили. Василий сел, сощурил зеленые глазищи и издал протяжный вой, перешедший в рык. Ну, прямо-таки генерал, отдающий команды своей армии. И армия команду выполнила. Несколько десятков кошачьих скелетов одновременно взвились в прыжке. Вот тут бы мне зажмуриться или отвернуться… ну или, на худой конец, в обморок упасть, но нет. Я продолжала смотреть, как скелеты рвали Барута, стараясь целиться в лицо, чтобы не успел заклинание произнести. Один из трупиков вцепился клыками в кадык словесника. Да уж, в таком положении не поговоришь.