Это ему просто пофигу, что я смотрю? Или он меня специально дразнит? Вот засранец!

— Растудыть тебя в тудыть, я тут, понимаешь ли, страдаю, а ты… ты…

— А почему Вы, Дуся, страдаете? Случилось у Вас что-то?

— А то ты не знаешь, мажья морда, что мне завтра придется замуж на Вальдора выходить!

— Примите мои поздравления.

— Дурак ты, Терин! Не хочу я за Вальдора замуж, а ты меня тут поздравлениями дразнишь, — пробурчала я и печально уставилась на свой тапок, который все еще у меня на ноге надет был поверх туфли. Все лучше, чем на этот стриптиз в обратном порядке, то есть на одевание обнаженного мужчины, смотреть и слюни пускать.

— Дульсинея, многие женщины королевства все бы отдали, чтобы оказаться на Вашем месте.

Это Терин типа таким образом подбодрить меня решил.

— Да-да, я знаю, это же такая удача, выйти замуж за наследника престола, — ехидно отозвалась я и честно призналась, — Терин, я была бы сейчас очень счастлива, потому что ничем не отличаюсь от других девиц и тоже не прочь выйти замуж за принца, но я не могу. Вот не могу и все тут!

— Что же Вам мешает, Дульсинея? Боитесь, что не поладите с Вальдором?

— Нет, Вальдор хороший парень, хоть и ведет себя иногда, как засранец, но в целом хороший, и мы бы с ним, возможно, даже немножко полюбили друг друга со временем, — тут мое ангельское терпение подошло к концу, и я заорала, — Терин, хватит из себя дурака строить, ты прекрасно знаешь, что я не могу за Вальдора замуж идти из-за тебя, срака ты волшебная!

— Дульсинея, я Вам никоим образом не препятствую, — сухо ответил маг, усаживаясь рядом со мной, и… получил-таки тапком по физиономии.

Вот уж не знаю, что на него подействовало. То ли волшебство какое-то в тапке сработало, то ли просто терпение у него лопнуло после этого наглого удара. Как бы там ни было, но маг распоясался настолько, что дал мне ответную оплеуху.

Мы уставились друг на друга, злобно посапывая, так что аж ноздри раздувались… ну, насчет моих не знаю, а у Терина точно так и было. Я соображала, что бы такого гадкого сказать, чтобы ему больше никогда в жизни в голову не пришло на меня руку поднимать? О чем он думал, не знаю. Но, видимо, о чем-то совсем не имеющем отношения к разговорам, потому что, как только я открыла рот, чтобы сказать ему все, что он заслужил, как он набросился на меня и… и все, что у нас с ним до этого было, это просто детские забавы.

Ух, и разошлись мы! А уж какие он мне слова говорил, я только мычала в ответ, не представляя, как реагировать на такие трогательные признания. Ну да, не было у меня никогда такого. Вот просто не было, потому и ошарашивалась я тихонечко от таких речей пылких.