— Ларрена? — удивляется Иоханна, — а зачем он тебе?

Смотрю на ее охранника — тот весь напрягся. На лице — болезненное какое-то ожидание. Приказ боится какой-нибудь получить, что ли? Что-то такое, что он сочтет для себя унизительным. А вот и нет. Ничего такого я не задумывал. И вообще, знал бы парень, как я к нему отношусь, не дергался бы так при моем появлении. А я ему симпатизирую. Особенно после того, как он прикрыл собою Ханну. Да, понимаю, что, возможно, он сделал это по принуждению — из-за печати. Но не верю в это. Не такой Ларрен Кори Литеи человек, который может спокойно отойти в сторону, когда кто-то нападает на женщину. К тому же беременную.

— Иоханна, мне нужно с ним поговорить, — терпеливо проговариваю я.

— Ну, хорошо, — сдается дочь, — поговорите, если он не возражает.

А вот это что-то новенькое! Кто ему право-то такое давал — возражать? Физиономия Ларрена становится растерянной.

— Я не против, — лепечет он.

Иоханна бросает на него надменный, я бы даже сказал, царственный, взгляд и сухо роняет:

— Ну, иди!

— За мной! — командую я и направляюсь к собственному кабинету. Ханна на него не претендует, а мне здесь нравится. Уютно, все под боком, и защита от прослушивания установлена такая, что даже Терин снять не мог. Мы с ним спорили как-то на эту тему. Я выиграл. Спорили, кстати, на желание. О! Так он мне до сих пор должен! Надо будет придумать что-то такое этакое, но это — потом.

— Присаживайся, Ларрен, — предлагаю я, указывая на одно из кресел, — выпить хочешь?

— Я не могу, спасибо, — отзывается он.

Знаю, что не может. Но и я не мог не предложить. Телохранитель моей дочери усаживается в кресло. А мне вот что-то не сидится.

— Ларрен, я хотел поговорить с тобой по поводу печати, — проговариваю я, облокачиваясь о край стола. Предстоящая тема немного нервирует. От взгляда на жалкое какое-то выражение лица бывшего наместника легче на душе не становится. Наоборот, начинаю испытывать жуткие угрызения совести. То, что собираюсь сказать, парню не понравится. Ну что же, не буду его мучить ожиданием.

— Ларрен, я не могу снять с тебя печать.

Наместник опускает ресницы, потом наклоняет голову и тихо проговаривает:

— Спасибо, что сказали мне об этом. Я могу идти?

Злюсь.

— Нет, не можешь. Я хочу тебе объяснить, почему я не могу это сейчас сделать!

— Не стоит, Ваше величество.

— Не нужно указывать, что мне делать, а что нет! — кричу я, — я не собираюсь перед тобой оправдываться! Я просто хочу, чтобы ты знал. Твою печать снять невозможно, я узнавал у Кардагола. Я могу тебя отпустить, но тогда она лишь видоизменится. Просто надпись "собственность Вальдора" поменяется на "человек вне закона". Я говорил с Горнорылом, старейшиной наших гномов, он все еще хочет тебя убить. Ну, что ты молчишь?!