Медленно начался путь наверх. Как там, в колодце-воздуховоде. Только под землей хоть видно звездочку-выход. А здесь — тьма, даже не очень понятно вначале — куда идешь? Вверх? Вниз?

И только забрезжило светлое марево, как прямо перед глазами оказался серый борт. Словно гигантское, исполински-огромное животное равнодушно скользит мимо тебя. Размер подводной лодки «Ураган» — сто семьдесят два на двадцать три и на одиннадцать метров. Одиннадцать — это в надводном положении… иначе как туда уберется ракета длиной в шестнадцать метров?

Таких ракет там — ровно двадцать штук. В каждой — еще десять боеголовок.

Мастиф усилием воли заставил себя не всплывать сразу. Сначала долго смотрел через метровую толщу воды, и только потом, когда убедился, что на рубке никого нет — медленно, пластаясь по резине и железу — вылез. До чего же велика дура! Сумасшествие, чистой морской воды сумасшествие! Кому и зачем нужна такая лодка? А холод просто собачий…

— Наверно, она нужна всем нам, — решил Мастиф. — Чтобы согреется.

Конечно, мостков на палубу не было, не положено. Кроме капитанского мостика есть еще много мест в титаново-стальной броне, через которые можно… но не нужно. Наверняка вся обшивка пронизана датчиками. Как они действуют — не понятно, может, срабатывают только на воду, а может — и не только… Если сейчас взрезать голубовато-серый металл — все двери в отсеках заблокируются, а Мастифу очень не хочется их вскрывать, а потом сидеть по горло в ледяной воде и пытаться сделать хоть что-нибудь. Ведь лодку придется утопить, это точно. Глубина здесь небольшая — всего пятьдесят метров, топить в первую очередь надо носовые отсеки, а вообще хорошо бы положить гордость кораблестроения аккуратно на дно, да поднять перископ. Для смеху.

Мастиф проверил бортовой номер лодки. Все совпадает. Позавчера отсюда вышли восемьдесят три человека. Вчера — еще пятьдесят три. Осталось тринадцать. Наверняка там есть офицер — помощник капитана. Этого надо брать живьем. Только как его найти в девятнадцати отсеках?

Честно говоря, ничего точно Мастиф не знал. Все его предприятие было авантюрой. Но он постарался учесть все мелочи. Вот, например — где вахтенный? Чай пить пошел? А вдруг вахтенного на ночь не положено? Или положено — только внутри лодки? А сообщаются матросики по радио… Но днем Мастиф часто видел людей — именно на капитанском мостике.

Он вскрыл плотный целлофан и достал пистолет. Не любил Мастиф пистолеты — но выбирать особо не приходилось. Сойдет и «Гюрьза». Потом он попробовал открутить задвижку люка — бесполезно, заклинено с обратной стороны. Тогда достал из рюкзака молоток, положил на железо перчатки (чтобы звону не было) — и постучал.