Так будет хорошо.

Старый плащ с одного края погрызли, да и моль поработала, оставивши следы из мелких дыр. Но и это не смутило.

Правильно ли…

Он не знал.

— Ступай за мной. Надеюсь, ты понимаешь, что говорить о том не надо?

Тайный ход тоже пропах пылью и мышами. Тоже удивительно. Тело храма сложено из камня, а поди ж ты, мыши как-то живут. И это почему-то радовало.

Потом подумалось, что люди вполне способны питаться и мышами, и даже крысами. По меньшей мере рабы. Правда, пища эта своеобразная, но если другой не будет…

Акти дышал за спиной.

Заговорить он решился далеко не сразу. Верховный чувствовал его сомнения, но не торопил. Если людей не торопить, они сами скажут. И даже больше, чем собирались изначально.

Вот и Акти.

Выдохнул, долго, протяжно, а потом произнес:

— Это не господин Владыка Копий, господин.

— Мне казалось, ты его не любишь.

— Боюсь, — за прошедшее время Акти освоился и стал даже будто бы смелее. Во всяком случае теперь, когда взгляд Верховного останавливался на нем, он не стремился втянуть голову в плечи. И спину почти не горбил. — Я его очень боюсь. Он жесток, но… справедлив. А еще всегда предпочтет клинок яду.

— Иногда клинок использовать неразумно.

— Да, но… он как-то беседовал со своим отцом, при котором я… состоял. И речь шла о ядах. Господин Владыка Копий спорил с моим господином, который желал, чтобы…

— Чтобы яд использовали?

— Д-да… п-простите, я не могу сказать…

— Не надо, — согласился Верховный легко.

Они вышли в одну из нижних галерей. Если спуститься еще ниже, то окажутся в темном тоннеле, уходящем в город. Во всяком случае, во времена прежние он именно до города и тянулся, открываясь близ самой стены. Но сохранился ли тоннель?