— Твоя нервная система не обладает нужной степенью гибкости для создания прямой коммуникации. Не говоря уже о том, что первичный процесс трансформации биологического носителя был прерван весьма варварским способом.

Верховный снова ничего не понял, но маску спрятал и, кряхтя, опираясь на алтарь, поднялся.

— Акти…

Он подумал, что маска довольно тяжела, для него — так и вовсе почти неподъемна. Но… дать её рабу? Самому примерить? Последняя мысль привела едва ли не в ужас.

Нет уж.

А что до остального… тоже, пожалуй, нет. Акти полезен. Возможно, полезнее многих иных. Так что Верховный прижал маску к животу обеими руками. И золотые пальцы кольнуло болью.

— Я ощущаю сильные возмущения энергетического поля, — сказала Маска.

— Небо пылает.

— Что ж, в таком случае времени осталось немного. Твоя боль вызвана тем, что тело противится изменениям. К сожалению, возможность управления процессом была утрачена. В настоящее время боты работают в автономном режиме.

И снова не понятно.

— Золото тяжелое.

— Это не совсем золото.

Спускаться было проще. Правда, приходилось придерживаться рукой за стену, ибо ступени все же были высоки, а второй рукой Верховный держал выскальзывающую маску. Но… все одно спускаться было проще, чем подниматься.

И там, внизу, он перевел дыхание.

— Что это? Если не золото?

— Это не совсем даже металл. Сложное соединение, основой которого является сплав на основе золота и ладема в качестве катализатора, и вирусы. Вирусы — это мельчайшие организмы, обладающие удивительным свойством подчинять чужие клетки ради создания собственных копий.

— Зачем ты мне это рассказываешь?

— А зачем ты задаешь вопросы?

— Идти… легче… я стар. Мне почти семь десятков…

— Всего? Когда-то это не считалось старостью. Было время, что люди вовсе забыли о старости.