Эолин села на кровать рядом с Мариэль. Теневые нити вились сквозь ауру маги, извиваясь, как крошечные змеи. Взяв девушку за руку, Эолин направила магию нежными волнами к духу Мариэль.

— Просыпайся, дочь моя, — пробормотала она. — Мир живых зовет тебя, и твои сестры услышат твой голос.

Резко вдохнув, Мариэль открыла глаза. Она посмотрела на Эолин и издала жалкий всхлип. Эолин обняла юную магу, погладила ее по волосам и поцеловала в лоб.

— Тише, — сказала она.

Мариэль вырвалась из объятий.

— Я не буду молчать! Я больше никогда не буду молчать.

Яд в ее реакции застал Эолин врасплох.

— Как пожелаешь, Мариэль, — сказала она. — Я не пытаюсь заставить вас замолчать, только утешить тебя.

— Когда я увижу, как они умрут?

Эолин тихо вдохнула.

— Жакетта, оставь нас на минутку, пожалуйста.

Юная целительница кивнула и вышла из комнаты. Когда она закрыла дверь, Эолин снова повернулась к Мариэль.

— Их смерть не сделает тебя здоровой, Мариэль. Тебе нужны солнце, музыка и смех. Больше всего тебе нужен лес.

— Ты не сделаешь этого, да? — Мариэль пригвоздила ее обвиняющим взглядом. — Ты не убьешь их, даже после этого. Гемена была права. Ты труслива.

— Я столкнулась с Наэтерскими Демонами и выжила в Преисподней. Я убила принца Мехнеса из Сырнте в битве при Римсавене. Не называй меня трусливой.

— Ты должна была убить его раньше!

Горький упрек Мариэль глубоко ранил.

Эолин закрыла глаза и потерла лоб, устав от тяжести собственных неудач.

— Убийство этих людей сейчас не изменит того, что было сделано.

— Нет, но это даст нам место силы внутри этого парада теней.