— Понятно, — сказал я, — по месту решим.

Кирюха уже вертелся рядом, все остальные тоже были на подходе, мне оставалось только гладить её по спине, отбросив все уговоры в сторону, будь что будет, тут я целиком на стороне Далина.

— Ну что, проснулась? — подскочил первым гном, остановившись приметно в метре от нас, — ну-ка, кто это у нас маленький такой? Ах ты ж, солнышко наше, здравствуй! Как настроение? В переноске поедешь?

Лариска потянулась к нему хоть и радостно, но почувствовался в ней некоторый небольшой подростковый бунт, мол, сам в переноске езди, а я и пешком пройтись могу! Она спрыгнула с моих колен на пол, прямо ко всему остальному подбежавшему экипажу с Ларой вместе, тут же полыхнуло на весь ангар ярко и мощно, а когда я проморгался, в центре нашего круга стояла невысокая девушка-подросток, сотканная из первоначального пламени.

Волосы и платье её просто бурлили огнём и жаром, Антохе и Далину пришлось резко отойти назад, в ангаре заиграли огненные сполохи и резкие тени на стенах, а я порадовался, что бетонный пол здесь был качественно зажелезнён цементом и чист при этом, не было на нём потёков масла или тормозухи, а иначе вместо теперешнего великолепия был бы нам чад и копоть, потому что тот участок, на котором стояла Лариска, разогрелся до белого каления и даже, вроде бы, начал плавиться.

Кирюшка сообразил ещё что-то, кроме этого, он метнулся к Далину с Антохой и яростно зашептал им какие-то слова, из которых мне удалось разобрать лишь: «Асбест! Ну или шифер с песком! Корабль же! Противопожарная безопасность! Мы-то думали она в переноске поедет! А она вон чего!»

Далин охнул и подорвался вместе с Антохой чего-то придумывать, подзывая к себе по пути дежурную бригаду гномов, а Лариска вдруг подошла к Ларе и взяла её за руку. Эльфийке, кстати, весь этот первородный пламень был по барабану, она его не замечала, они сейчас смотрели друг другу в глаза и что-то там видели, а потом Пресветлая Лаириэн свободной рукой поправила платье на Лариске, сделав его чуть длиннее и много изысканнее чем раньше, вкус у неё был. Потом та же участь постигла причёску, на ногах появились изящные туфельки на небольшом каблуке, и можно было являться к народу во всём великолепии.

Саламандра оглядела себя и ей это очень понравилось, а затем они обе повернулись к нам, сделав одними глазами знак следовать за ними, и мы пошли. Пол под ногами Лариски всё так же мгновенно разогревался добела и плавился в небольшие стеклянные лужицы, а мы с Арчи принялись вытягивать жар из этих следов в свой резерв, раз такое дело, потому что остывать они будут долго, не ровен час, вляпается кто-нибудь.