Здесь тоже идёт интенсивная работа: деревянная часть мушкетов изготавливается единой, сравнивается с эталоном и отправляется на лакировку, а затем и на сушку. Многозначительно хмыкаю, после чего иду дальше, в сборочный цех.

За сборку отвечает пять мастеров, работающих в бывшем обувном бутике. Сейчас этот бутик, как я понимаю, находится в Сузах. Обувное производство Стоянки целиком переехало к сатрапу, который, как говорят, восхитился земной обувью и приказал платить мастерам золотом.

У нас тоже есть обувное производство, но масштабы, конечно, поменьше. Ну и ориентировано это производство, преимущественно, на нужды моей армии. Я не стал усложнять себе нежизнь и отказался от первоначальной идеи снабжения войск берцами, потому что они показались мне недостаточно технологичными в производстве. Мой выбор, в итоге, пал на сапоги.

Кирзу мы не знаем, технология её изготовления нам неведома, поэтому делаем сапоги из кожи и смародёренных японских синтетических тканей. Деревянная подошва, сорок восемь гвоздей, дублёная кожа — высокая ремонтопригодность и приемлемая носкость, что есть самое оно для солдат.

Но самое главное преимущество — портянки, незначительно снижающие требования к размеру обуви. Тем не менее, я поручил Кумбасару сделать замеры всех немёртвых ног среди нашего личного состава и сформировать конкретный заказ. Благодаря этому, мы полностью исключили размеры ниже тридцать четвёртого и добавили сорок шестые и сорок седьмые размеры. Оптимизация-с.

— Как идёт работа, джентльмены? — спросил я у собирающих мушкеты немёртвых мастеров.

— Укладываемся в срок, повелитель, — ответил Гектор Санчез, усатый перс, проданный нам на рабовладельческом рынке Сузианы.

В рабство он попал за долги, а в долги влез в связи с нечастным случаем — мастерская его сгорела, он был вынужден взять деньги на восстановление, но не рассчитал бизнес-план и полностью пролетел. Повинуясь великой жалости сердца, Кумбасар выкупил всю семью Санчеза, с прицелом заселить их у форта С-6. Очень чувствительный немёртвый, наш Карим Кумбасар…

— Сегодня передали мастеру Кумбасару пятьсот тринадцать полностью готовых мушкетов, — сообщил Гектор. — На восемьдесят больше запланированного.

— Отлично, — кивнул я. — Как семья?

— Прислали весточку, что всё хорошо, — ответил тот. — Спасибо тебе, повелитель.

— Благодари Кумбасара, — махнул я рукой. — Это благодаря его тонкой душевной организации твоя семья была выкуплена.

Так-то выкуп и освобождение рабов я не приветствую, потому что это очень плохо сказывается на отношениях с Ариаменом, торговля с которым идёт на пользу нам обоим, но тут было исключение, под личную ответственность Кумбасара.