— Ничего, сам виноват.

Таким образом мы спустились на широкую площадку-обрыв, которая нависала над внутренним двором, а точнее, крышей корпоративного здания. В свете мощных ламп носились люди, что-то дымилось и тлело. Запах горелого мяса и Шторма не мог разогнать даже наш дружище ветерок.

— Еще один взорвался, — сказала Аделина, глядя вниз. — Волшебник.

— Люпан никак не налюбуется на зеленых солдатиков в небе? — спросил я.

— Дело не в этом. Мерелин смотрит в будущее. Этим она провоцирует безумие у тех, кто послабее. Они и так постоянно хихикают, как дураки, потому что вода близко. Шторм близко.

— И на что же Мерелин смотрит? — поинтересовалась Хо. — В этом далеком будущем.

— Брат заставляет ее смотреть как измениться Лонга. Он одержим этим видением. Говорит, что все будет очень плохо, если мы не предпримем что-нибудь.

— Ну и предсказание, — не впечатлилась олива. — Можно без всякого дара увидеть, что все мы со временем хапнем дерьма. Это же закон сохранения энергии. Мужики все пустят по одному месту. Во-о-от по этому.

Олива показала пальцем.

— Люп уверен, что все беды от палочников. Если их пустить на Лонгу, нашу великую родину ждет участь Немоса. Она превратиться в скважину из которой будет вылетать фонтан ресурсов. И все — в карман Тенебрии.

— И это тоже всем очевидно, — хмыкнул я. — Так в чем же загвоздка?

— Загвоздка в том, — Аделина отошла от металлического ограждения, — что Люп вбил себе в голову, будто должен этому помешать. Среди провинций есть те, кто ему сочувствует, но мой брат — единственный, кто готов действовать открыто. Он готов выступить против всего Побережья. Против Двора.

— И папаша от этого не в восторге?

— Конечно. Он предан Императору.

— А Люп?

— Он предан Империи. Понимаете разницу?

— Кажется… — сказал я, пародируя Сэта.

— В общем, это сложно, и я не собираюсь так много говорить, — одернула себя девушка. — Действительно важные детали вы узнаете от папы. Очень скоро, судя по всему… Пойдемте, вам нужно отдохнуть. Мне жалко на вас смотреть.

— Аминь, — выдохнула олива. — Душ и место для сна, умоляю.

— Я тоже, — подхватил я. — И пожрать что-нибудь.