Мальчик, хоть и обожал слушать такие истории, понимал их… «развлекательную» природу. Из окна цитадели он видел, как стена тощетелых гудит и трясётся во время особенно сильных гроз. Человеку не под силу оскорбить такую мощь. Даже просто выжить рядом. Вариант с путешествием в лес казался адекватнее.

Во всех цитаделях, в память о покинутом отечестве, были посажены лонгатские рощи. Деревья имели огромное значение для лонгатов, потому что только благодаря защите лесов народы далекого материка выживали во время эпохи бурь. Для них даже привозили родной грунт. Таким образом, в этих ностальгических уголках, должен был обретаться дух Империи: страж, берегущий крепости от проклятий тощетелых. К сожалению, то, что раньше в умах людей являлось неоспоримым фактом теперь стало всего лишь красивой легендой.

Былиной, как сказали бы славы.

За рощей давно не ухаживали. Тропинки заросли, животные одичали, многие виды вымерли, остальные погрузились в спячку, как делали это на Лонге. Идти было тяжело, парень давно выбился из сил, но двигался вперед на упрямом характере и полном нежелании принять очевидное. Во-первых, достойных врагов тут давно не осталось. Во-вторых, он заблудился в трех соснах.

Металлической твердости лист скользнул в картонное забрало и полоснул веко. Боли почти не было, но кровь из пореза тут же залила глаз, защипала и окончательно вывела юношу из себя.

Он сорвал шлем и вскричал ломающимся голосом:

— Если ты меня слышишь, дух Древнего Леса, пошли мне бой, который сделает меня воином. Воином и защитником…

Он поперхнулся.

— …к-ха… защитником Побережья!

Ответом ему были редкие щелчки, шорохи и депрессивный вопль невидимой птицы. Дух Леса, казалось, был где угодно, но только не здесь.

Парень устало опустил кортик. Нет! Нельзя сдаваться! Отринуть уныние! Он станет рыцарем как до этого становились его предки. Отец неправ. Недостаточно просто сделать пожертвование Двору, чтобы подтвердить рыцарский ордер. Лонгатский Круг, должно быть считает колониальных воинов ряженными скоморохами. Шутами!

— Я добуду голову самого страшного зверя! — крикнул парень и упрямо шагнул вперед.

Ветви сплелись перед ним словно железная проволока. Резать их тупым кортиком было так же сложно, как общаться со сверстниками. И родственниками. Даже малышка Аделина подозревала, что ее средний брат — немного не в себе. Никто не поддержал идею пройти рыцарскую инициацию в роще, в том числе братец Лев. Сыновья корпоративной знати предпочитали проводить время за более зрелыми занятиями. Например, толстеть от тенебрийских сладостей и гарзонской газировки. Они выпрашивали у родителей пневматические ружья, а потом носились по цитадели, играя в Каски-Изгои.