— Неверно. Ты позаботился о победе, и она пришла к тебе в руки. Однако впредь — никогда не теряй доспехи.

— Я… Да! Я обещаю!

— Обещания ничего не стоят. Лонге нужна клятва!

— Клянусь, если ты повторишь это еще раз, я скачу тебя с лестницы, — сказал Люпан, откладывая книгу. — Я никуда не пойду. Твои клубы — пустая трата времени. Лучше Ади туда запусти, она обрадуется.

Лев жалобно хихикнул и поднял щеки к потолку. Его царственное тело, бесконечно прекрасный пуфик качественного жира, странно содрогнулось. И еще раз. И разочек вдогонку. Складывалось впечатление, что у мозга возникла идея встать и оскорбленно удалиться, но все остальные органы, а главное — мышцы, — его не поддержали.

«Да, зря я упомянул эту похотливую змейку», — подумал Люпан. Вслух же он произнес:

— У меня по распорядку физо.

— Опять тебя будут бить по морде? — хихикнул Лев. — Я вам поражаюсь, сеньор! Он стоит, а его лупят палками. По сравнению с теми же, прости господи, гарзонцами у которых столько боевых искусств, где нужно бить в ответ, не кажется тебе это нелепым?

— Это наши корни.

— Корни — нужны для того, чтобы зеленела крона. Ты сам сидишь в вечной тьме, как корешок и все впитываешь, впитываешь, впитываешь! Но где же плоды?

Люпан внимательно посмотрел на старшего брата. Тот лежал прямо на камнях перед костром, будто сладкий сон каннибала.

— Я и сам не знаю, какими будут плоды, — признался он. — Мне сказали… — он запнулся. — Я сказал себе, что должен быть готов к испытаниям. К любым.

— Особенно к многократным ударам в морду.

— В том числе.

Лев вздохнул, и меланхолично осмотрел ногти.

— Ну хорошо. А испытание шотами двадцатилетнего гарзонского виски тебя не устроит?

— Лев…