Сильный костер горит ярко, но и прогорает быстро. Тогда как атран Азура лучилась спокойным умиротворенным светом свечи, наполняя сердце зелтронки спокойствием за его судьбу. В отличии от Патрика, которого сильно подкосил отлет Фриса.

Пряха знала, что эти двое сильно сдружились, и время, проведенное вне Зелтроса, только укрепило их связь. Смотреть на их прощание было тяжело, и тем удивительнее, что зелтрон предпочел остаться. Хотя о причине Пряха подозревала, ощутив ту же связь, что объединяла атран Азура. Но подтверждение своим догадкам получила только сейчас, увидев Патрика на пороге своего дома.

– Госпожа, – с уважительным поклоном поздоровался он, подойдя ближе. Пряха разглядела сверток в его руках, и вопросительно подняла бровь.

– Это ребенок. Мальчик. Ему нужна ваша помощь.

– Вот как? Что ж, дай на него взглянуть.

Пряха не ожидала того, что увидела, приподняв ткань, скрывающую личико ребенка. Маленькое зеленокожее существо с треугольными ушками, умильным личиком и крупными черными глазищами. Внимательно посмотревшими прямо ей в душу и просветившими насквозь, прежде чем равнодушно отвернуться и скрыться за веками.

– Кто это?

– Его зовут Могру, – Патрик запнулся, неуверенно глянув на сверток в своих руках. – Или, по крайней мере, так мне показалось. Такого языка я еще не слышал.

– А переводчик?

– Бесполезно. Заглянул в посольство экзотов по пути, но даже протокольный дроид не справился. Этого языка просто не существует ни в одной известной базе данных.

– Da poshli vi vse… syki… v rot ya dral vashi Zvezdnie Voyni!

– Что? – удивленно переспросила Пряха, но не потому, что не поняла слов, произнесенных тонким высоким голоском. Как раз их она разобрала прекрасно, воспользовавшись Познанием Речи. Но вот крывшиеся за ними смертельные печаль и тоска поражали своими размерами, никак не вяжущиеся с образом юной души.

– Verni menya, tvar'… za chto…

– Что он говорит?

– Помолчи, – Пряха подняла руку, с закрытыми глазами вслушиваясь в бормотание детеныша, в какой-то момент оборвавшееся тихим жалобным плачем. – Ему очень плохо. Чувствую много гнева, боли. И тоску. Дикую! Он по кому-то сильно скучает. Где ты нашел его, Патрик?

– Я… не помню.

Патрик в самом деле выглядел озадаченным. Пока Пряха не спросила, он, кажется, даже не задумывался, как сверток с малышом оказался в его руках. И почему принес его именно ей. Пряха видела, как эти мысли мелькают в его голове, отражаясь в Живой Силе тонкой вибрацией незримых струн.