— Тал, что там на поверхности? Радиация?

— Признаков радиоактивного загрязнения не обнаружено, — быстро ответила Тал. — Беру пробы воздуха с момента выхода их дымовой завесы. На планете присутствуют множественные источники возгорания, но все они не имеют гамма-излучения в составе выбросов. Если не обращать внимания на температуру, там довольно безопасно.

— Безопасно?! — воскликнула Саманта. — Ты точно это хотела сказать?

— Извини, я имела в виду, что нет радиации.

— Насколько там горячо? — спросил я Тал.

— В эпицентрах взрывов…

— Мы не собираемся лезть в эпицентр!

— В среднем на поверхности около сорока пяти градусов по Цельсию. Если не ходить по горящим в данный момент местам.

— В общем, вполне пригодная для жизни планета, — саркастично заявил Шен. — Сюда бы своих туристов привезли!

— Вижу множественные движения в нашу сторону. Осторожно! Начинаю маневры уклонения.

Мимо пронеслось сразу несколько ракет, оставивших дымные росчерки по всему небу. Поверхность резко приблизилась и завалилась набок. Пронеслась, казалось, прямо перед глазами и ушла вниз. Там, где мы только что пролетели, расцвело сразу несколько огненных цветков взрывов. Хорошо, хоть не таких мощных, как тот гриб, который мы видели пару минут назад.

— Осталось восемь подвижных целей в небе! — отчиталась Тал. — Продолжаю работать!

— Давай, малышка, давай! — подбодрил ее Шен.

— Я тебе не «малышка», пучеглазый!

— Так! Не ругаться! — прервал я перепалку товарищей.

— А вот это сейчас было немного обидно! — возмутился Шен, не обратив на мою просьбу внимания.

— Немного? — искренне удивилась Талия. — Извини, видимо, я плохо старалась!

— Еще раз повторяю, хватит! — прикрикнул я на спорщиков.

— Извини, Фред, — произнес Шен и склонил голову.

— Пусть он не называет меня «малышкой», а я не буду звать его пучеглазым! — потребовала Тал.