— Чего бы там мне ни хотелось, ты сейчас останешься здесь и будешь заниматься своими делами.

— Сэм, мне действительно нужно немного побыть одному. Привести мысли в порядок. Не обижайся, пожалуйста! Зато потом я тебе устрою такое…! Ты самая сексуальная и красивая девушка из всех, кто у меня был! Нет, даже не так! Ты самая сексуальная и красивая девушка в мире!

— Ага, особенно если учесть, что нас осталось пара десятков, — Сэм усмехнулась, но не саркастично, а как-то спокойно. И я осознал, что она меня понимает, просто хочет оставить последнее слово за собой.

Она снова подмигнула и чмокнула меня в щеку. Развернулась и, покачивая бедрами, вышла из кают-компании.

Я остался один. Сел за стол, подперев голову руками. Ситуация складывалась такая, что немного остановиться и поразмыслить не помешает. Я не был уверен, что сам понимаю, во что ввязываюсь. А главное, что из-за всех этих проблем с семьей Гринжи могут пострадать мои друзья. Странно было думать об окружающих меня существах, как о друзьях. Скажи кому год назад, что мои друзья — большой серый богомол и гигантская человекоподобная черепаха, отправили бы в дурдом. Но и Шен, и Дрок, я уж не говорю о Саманте, были мне очень близки. Друзья, соратники, может, даже семья, которой у меня не было на Земле. Мама не в счет. Мама — это мама.

И сейчас, отправившись на Корини, я мог не просто подставить тех, кто был рядом, а подписать им смертный приговор. Учитывая отношение семей к планете непокорных. И если за Сэм охотился Крис по одной им известной причине, только прикрываясь делами семьи и поисками моей яхты, то на меня ополчилась одна из самых могущественных и влиятельных семей Города. Не думаю, что полицейские функции доверили бы кому-то со стороны. А тут еще такие потери во флоте. Я не знаю, сколько кораблей у полиции, и, возможно, разрушение двух боевых единиц будет незаметно в общей массе, но все же.

Я вдруг почувствовал какой-то дискомфорт в глазнице, словно внутри черепа что-то зашевелилось. Встроенный интерфейс, уже привычно не замечаемый мной, мигнул и исчез. Мой глаз начал выкарабкиваться наружу.

— Док? Что ты делаешь?

— Я обещал, что смогу отлипнуть от тебя, как только закончится бой, и я это делаю. Лечение закончилось, теперь ты в порядке. Могу полежать на полочке, пока ты не решишь, как со мной поступить, — обида в голосе Доктора Икс была едва заметна, но я уже привык к его интонациям и понимал, что он чувствует. Если это слово, конечно, применимо к таким существам, как он.

— Постой, — попросил я Дока, тяжело вздохнув. — Останься, прошу.